В маленьком книжном на Фонтанке я купила сборничек стихотворений Ксении Букши. Купила просто так, потому что узнала имя (к тому моменту Букша уже получила "Нацбест" за книгу "Открывается внутрь"). И ещё потому что книжка стоила всего сто рублей: денег было мало, но что-то купить отчаянно хотелось.
песок песочницы
подростки
сидят снаружи и внутри
они сидят, как фонари
на серо-сизом перекрёстке
мигают и, качаясь на ветру,
перетекают светом друг в друга
блуждающий огонь
по кругу
течёт: конечно не умру
Это стихотворение о подростках я сразу же мысленно отметила, и спустя несколько месяцев вспомнила о нём снова, когда наконец-то добралась до "Открывается внутрь". Подростки в этой книге есть, но дело не только в них: здесь все герои на каком-то перекрёстке из последних сил борются с холодным ветром. И героев много.
Из всех прочитанных по диагонали рецензий я вынесла, что "Открывается внутрь" - это роман. Как же я расстроилась, увидев надпись "Рассказы" на титуле... И как обрадовалась, поняв, что это обманка. Нет, их действительно можно читать как отдельные рассказы о несчастных людях с окраины большого города, людях брошенных, сумасшедших и погибающих (или спасающихся). Но во время чтения быстро становится понятно, что каждый герой - часть чего-то большего, их жизни сплетены в одну кровеносную систему. Люди легко переходят из рассказа в рассказ: психиатр Белла Владимировна в одной главе играет роль начальницы, в другой - матери, в третьей - врача на экспертизе. Связей между персонажами так много, что уловить их с первого раза вряд ли получится, рассказы оказываются главами, а сам сборник - действительно романом.
– Мы вас не виним.
Прозвучало это, конечно, как «мы вас обвиняем». Якову Эмильевичу почудилось, что главной целью Беллы было вызвать в коллективе сильную цепную реакцию. Гонимый чувством вины за гибель П., Яков Эмильевич выбрасывается из окна; после чего Белла идёт к его другу Р., говорит ему снова «мы вас не виним» – и, оп-ля, третий труп; и т.д.; в финале блистательной комбинации Беллу назначают кардиналом здравоохранения.
Ещё один повторяющийся образ - это чёрные человечки, которых видят герои. Человечки появляются неожиданно: они могут идти по улице или вдруг оказываются нацарапанными на стене. Они идут друг за другом, держась за руки, впереди самый большой, позади - самый маленький. Один из героев называет их чувачками. Можно сказать, что это галлюцинации, или что этот образ перекликается с образом брошенных детей, которых так много в "Открывается внутрь", и всё это будет правдой. Но ещё, кажется, эти странные и нелепые чувачки - мы сами.
У "Открывается внутрь" интересно не только содержание, но и форма. Как я уже сказала, это роман в рассказах, что само по себе непривычно. Но необычная структура есть и в самих рассказах: к примеру, в рассказе "Авангардная. Варя и Вера" прозаические фрагменты чередуются с чем-то вроде белого стиха:
Вера вспоминает ещё раз тот момент сегодня
там на крыше, среди труб и снега, в белом небе, прыгали двое
с ломиками
огромными сапожищами вышибали снег из кровли соседнего дома
по очереди: один – второй, один – второй
задорно, как на качелях
грох! – бух! – грох! – бух! – и над ними взвивался снежный буран
Рассказы сгруппированы в три части, объединенные общими темами: "Детдом", "Дурдом" и "Конечная". Читать их желательно вместе (а потом можно ещё и пару раз перечитать, чтобы уловить все пересечения), но некоторые рассказы и в отрыве от сборника неслабо дают под дых: рассказ "Я - Максим" о знакомстве с самим собой или "Автопортрет" о тотальном одиночестве. Отдельно упоминаю рассказ "Бабушка", который смело можно включать в любую антологию ужасов.
"Открывается внутрь" недвусмысленно намекнул: в эту тёмную тёплую зиму нам, несчастным чувачкам, только и остаётся, что читать о других несчастных чувачках. Ну и что-то открыть, возможно.