Сигареты

У нас кончились сигареты. В подъезде мы докуривали последнюю на троих: я, Алик и Паша.

— Курить хочется опять, — сказал Алик, как только кончилась сигарета.

— Думаю, смогу нарыть, — ответил я на это, — дома есть.

И мы пошли ко мне домой, но я передумал быстро:

— Бабушка дома, наверное, не получится.

— Блин, ну ты чё, — возмущались пацаны.

Паша, который считался другом Алика, разозлился:

— Ты нам должен.

— Ничего я тебе не должен, — я посмотрел на Алика, а тот отвёл глаза, — но курить я тоже хочу.

Стали придумывать, как достать сигарет. Решили написать письмо «от сестры». У Алика хороший почерк, он красивыми буквами выписал: «Пожалуйста, продайте моему брату сигареты «Мальборо» красные. Сама не могу прийти, заболела». И дальше фамилия, имя, число, время написали и подпись поставили.

— Ну что, кто пойдёт? — спросил Паша. — Давайте тянуть соломинки или типа того.

— Кинем монетку, — предложил я. — У двоих по-любому будет либо орёл, либо решка. Кто в меньшинстве — тот идёт.

Проиграл я, у меня у одного оказался орёл. С этой бумажкой Алик и Паша меня отправили в магазин, а сами остались ждать у входа. Я подошёл к продавщице, она на меня так ненавистно зыркнула, что я вместо того, чтобы протянуть ей письмо, зачем-то вытащил деньги и попросил жвачку.

— На! — единственное, что она сказала мне.

На ладони у меня лежала жвачка и три рубля. Я быстро вышел из магазина.

— Ну чё, прокатило? — нетерпеливо спросил Паша, переминавшийся с ноги на ногу.

— Нет.

— Не поверила?

— Не поверила. Говорит, даже если болеет, то всё равно сама должна прийти.

— Гонишь. Она никому не отказывает. Там Зухра, такая тёмненькая и пухленькая, кольцами золотыми обвешана, она продаёт, да?

— Да, она.

— Ладно, дай мне денег. Я сам к ней пойду, всё разрулю.

— Я, короче, что-то затупил и с перепугу купил жвачку.

— На наши деньги? Ты офигел?

Паша толкнул меня, и я упал. Он бил ногами и не давал встать. Алик стоял рядом, — просто стоял, руки в карманах, и ничего не делал. Я схватил Пашу за ногу и попытался повалить, но тут он заехал мне другой ногой по лицу. Я сжался, в глазах поплыло и только услышал:

— Слышь, Лялик, возьми у этого козла жвачку и деньги.

Алик подошёл ко мне, залез в карман моей куртки. Я попытался ударить его. На прощание Паша снова залепил мне ногой по голове и разбил нос.

Я больше не общался с Аликом, а когда узнал, что он сел в тюрьму за угон, сначала обрадовался, а потом ужаснулся своей радости.