Хоррор нынче один из самых перспективных жанров. Насмешила?
Сейчас объясню.
Речь, конечно, не о затертых до дыр сюжетах о домах с призраками и, разумеется, не о наскучивших приемчиках навроде скримеров. Даже так: речь не о том страхе, который приковывает к постели и предостерегает не высовывать пятку из-под одеяла. Современные течения жанра предполагают эксперимент. Одни играются с маркерами, что характеризуют хоррор, другие — играют в киногенетику, скрещивая жанры: по моим наблюдениям самые красивые гибриды получаются при смешивании смежных направлении. Например, кроссбридинг психологической драмы и хоррора, проведенный под чутким наблюдением Роберта Эггерса, приносит замечательное потомство. Его первенцем стала картина «Ведьма», что на клочке земли с маниакальной детализацией воссоздает атмосферу Англии времен инквизиции. В одной из ипостасей проект с успехом исследовал женское подсознание. Теперь настало время мужского подкожного «я».
На крохотный безжизненный остров, где от одушевленной природы только надоедливые чайки, прибывают два человека. Ровно 4 недели им предстоит прожить средь серых камней в компании друг друга, поддерживая работоспособность островного маяка. Смотритель — старый моряк и выпивоха Томас Уэйк, травящий судоходные байки сомнительной истинности. Он обслуживает маяк долгие годы и испытывает к своему кормильцу несколько нездоровую привязанность и гипертрофированную ответственность, запрещая подручному приближаться к огню — на его плечи ложится вся черная работа. Его напарник — молчаливый молодой человек с бесинкой в глазах Ифраим Уинслоу.
Отношения между мужчинами не клеятся. Старший требует безропотного подчинения, младший — показывает зубы. В большом напряжении, в сводящей с ума замкнутости пространства Уэйк и Уинслоу переживают бесконечность. 4 долгие, унылые недели… И вот, наконец, наступает долгожданный день расчета, но остров накрывает шторм и пароход, который должен отвезти невольников на материк, не приходит. Натянутая до предела струна рвется. Завтра эти двое проснутся другими людьми.
Понятие «сюжет» для этого произведение очень условно. Все происходящее на экране напоминает мучительное сновидение и выливается в множество трактовок. Кто эти люди? Были ли они вообще? Что происходит на этом острове? Прямолинейная зарисовка моментально превращается в визионерскую пытку, простой образ оборачивается сложной метафорой. Отсылки, намеки, тропы — не рассчитывайте на удовлетворения потребности в округлой и законченной истории: здесь придется думать, ведь перед вами вариативное искусство, которое принимает форму согласно знаниям и фантазии конкретного зрителя. А история о поганой сущности человека, черной тени, которая вырывается из ларца секретов, когда эмоциональная погода за бортом резко меняется, — лишь отправная точка для ваших размышлений.
Ничего привычного с классическим хоррором, как я уже сказала, эта картина удивительной атмосферы и стилистики не имеет: вам будет не страшно, а как-то гадко и душно. Достигается это путем отменной операторской работы, за которую фильм отправился прямиком в список соискателей премии «Оскар», и внедрением просто немыслимой звуковой дорожки, что столь иронично рифмуется с долгожданным гудком теплохода, который так и не появится на горизонте. Чувствуется влияние сразу двух явлений искусства XX века: мистификатора Лавкрафта и экспрессионизма. Решайте сами, кто из них побеждает в итоге. Галлюцинация или проказы Ктулху?
Восторг!
Если вам понравилась статья, то ставьте лайк и подписывайтесь)
Еще больше о кино — Cinemacountry и Instagram!