(Ч.1 цикла - здесь) Незнакомка Александр Блок По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух, И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух. Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач, Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач. И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки, Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки. Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг, А в небе, ко всему приученный
Бесcмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат. И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?), Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне. И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна Дыша духами и туманами,
Она садится у окна. И веют древними поверьями
Ее упругие шелка, И шляпа с тра
(Ч.1 цикла - здесь)
Незнакомка
Александр Блок
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бесcмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.