-Я знаю. Именно поэтому вы и я вместе. Другой не смог бы так четко играть по вашим правилам. У нас еще длинная игра, поэтому играть придется долго.
-Вся ваша жизнь – плутовство и обман.
-Разумеется. Другой жизни я не знаю. Но не надо думать, что я предам и сбегу. Бежать мне некуда и незачем. Бегать по белому свету с 10000, чтобы потом умереть в канаве без гроша? Я вижу перспективу, и тут она мне видится прекрасной. Алчность нехороша, раз не дает гарантий безопасности. А я хочу жить спокойно и помереть в постели, желательно женатым и многодетным человеком.
-Неплохо. И всё-таки вы мне нравитесь, Кастельон. Каждый день я думаю, когда же вы сбежите, не выдержав. Но вы более твердый орешек, чем я представлял раньше.
-Это всё благословение Божье. Вы ходите по воскресеньям в собор, Агиляр?
-Да, и вам советую. Инквизиция заметно ужесточила правила и следит за всеми, кто игнорирует каноны и службы.
-А я вот давно не был в храмах. А теперь заметьте. Часть евреев все равно покрестится, но останется при своей религии. И они будут представлять для нас более сложную проблему, чем раньше. Будут ходить в собор, молиться, соблюдать обряды. Но как враги, они станут более сильными. Их всех объединит ненависть к короне.
-Несомненно вы правы. Но у иудеев нет своей армии.
-А вот золото есть.
-Скоро и золота не будет. Уйдут голые и босые, ветром гонимые.
-Они увезут всю медь. На этом построят первый капитал за пределами Испании. И вернутся рано или поздно, когда мы умрем. Лет через сто или двести.
-Срок немалый! А мы должны жить сейчас и думать о сегодняшнем дне.
-Именно потому я здесь. Вы знаете, я люблю нашу королеву. Наконец-то Испания – это не кучка графств и прочих территорий, которые воюют друг с другом. Мы теперь одна страна, которая исповедует одного Христа, проповедует одни законы. Осталось помочь Короне деньгами и наши дети продолжат наше дело.
-Вы идеально всё представляете. Слишком много еще некрещеных, полукровок, чужеземцев, поселенцев извне.
-Это вопрос времени. Либо они примут наши условия, либо с ними поступят, как с иудеями, Агиляр.
-Вам надо было родиться маркизом, Кастельон. Идеальная речь для политика.
-Господь свидетель, не зря мы все собрались в Гранаде.
-Аминь.
Алонсо посмотрел на загоревшиеся огоньки окон еврейского квартала.
-Сейчас тут тихо. Но представляю, что тут будет 1 августа!
-Не думайте об этом, а возьмите под стражу банк. У меня мало людей, чтобы мешать им выносить золото через заднюю дверь. Хотя нам нельзя проводит конфискацию – никто не запретит иудеям закопать деньжата до лучших времен.
Агиляр быстро посмотрел на Кастельона и исчез.
Паскаль прибыл с горячим едой верхом на маленькой повозке, которую тащил мул. Его было слышно издалека. Тихая улица гулко отдавалась эхом цоканье копыт и скрип деревянных колес, обитых металлом.
Впереди его экипажа висела длинная палка с большим фонарем, которая освещала вознице дорогу.
Расставив тарелки по сдвинутым вместе столикам писарей, Паскаль нарезал свежие караваи хлеба, принес вареную рыбу и зерновую кашу. Зажглись масляные лампы.
-Ужин, сеньоры!
Все с удовольствием расселись, кратко помолились и начали есть.
-Попить есть чего, Паскаль?
-Только чистая вода, сеньоры! Сюда больше ничего и не довезешь.
-Хорошо, налей-ка водички.
Жуя ароматный хлеб, Кастельон поглядывал на дома. Там шла своя тихая жизнь. Никто не пытался тайком уйти из домов, выпрыгнуть из окон, выползти на крыши.
-Благословен Господь! – Сказал самый немолодой арбалетчик, ветеран Малаги, вытирая усы.- Хорошо поел! Рыба-то откуда, Паскаль?
-Везут. Сейчас всё везут отовсюду. Я на рынке брал свежую для всех.
-Что народ говорит? А то мы тут весь день сидим, ничего не знаем.
-Только про эдикт и говорят. Кого не спросишь – только об этом талдычат. Меди набрали –жуть! Никогда не думал, что в Гранаде столько этих мараведи! Мешками носят – готовятся скупить весь этот квартал по дешевке. Зато, говорят, глава гильдии нищих за день стал богачом! Курс мены такой поставили, что с утра поднялся в три раза.
-Жуть! Значит я не успел. Ну а ты чего?
-Да я человек простой. Откуда у меня на размен столько серебра?
-По всей Испании сейчас такое, помяни мое слово! Завтра медь дороже золота будет!
Все засмеялись.
-Тут иудеев мало. А в центре страны их много. Представляете, что там творится? Мешками мараведи к ним понесут.
Кастельон прервал разговр.
-Спасибо, Паскаль. Собери плошки и езжай в казарму. Утром будем высыпаться.
«Кроме меня», подумал он.
Погремев посудой, тот погрузился в тележку. Отряд еще долго слышал звук удаляющихся копыт.