Всем привет. С Вами снова на связи писатель и журналист Алексей Борисов. Истории на этом канале ни в коем случае не одобряются, не поощряются, часто (практически всегда) несут аморальный характер и за правдивость написанного отвечают сами авторы. Я со своей стороны лишь редактирую текст (разумеется, с разрешения автора), дабы он был читабелен, так как иной раз от количества грамматических, пунктуационных и смысловых ошибок просто режет глаза)) История, присланная Жибек С. "Я не могу найти работу, и мне не на что жить. Мне было очень больно, но я решила отдать свою дочь на усыновление. Я не хотела, чтобы она росла в бедности. Можно называть меня как угодно, но я действительно не могу воспитать свою дочь. Я не могу дать ей счастливого детства, не могу съездить с ней в парк аттракционов, в музей, я не дам чашку теплого молока на ночь. Потому что мне не на что жить! И я не хочу, чтобы мой ребенок тоже голодал. Я хотела бы дать ей нормальную жизнь. но не могу... Мне так больно, когда я ду
Всем привет. С Вами снова на связи писатель и журналист Алексей Борисов. Истории на этом канале ни в коем случае не одобряются, не поощряются, часто (практически всегда) несут аморальный характер и за правдивость написанного отвечают сами авторы. Я со своей стороны лишь редактирую текст (разумеется, с разрешения автора), дабы он был читабелен, так как иной раз от количества грамматических, пунктуационных и смысловых ошибок просто режет глаза))
История, присланная Жибек С.
"Я не могу найти работу, и мне не на что жить. Мне было очень больно, но я решила отдать свою дочь на усыновление. Я не хотела, чтобы она росла в бедности.
Можно называть меня как угодно, но я действительно не могу воспитать свою дочь. Я не могу дать ей счастливого детства, не могу съездить с ней в парк аттракционов, в музей, я не дам чашку теплого молока на ночь. Потому что мне не на что жить! И я не хочу, чтобы мой ребенок тоже голодал. Я хотела бы дать ей нормальную жизнь. но не могу...
Мне так больно, когда я думаю, что мой ребенок скоро скажет «мама» кому-то еще. Скоро, потому что сейчас ей всего два месяца. Она в данный момент, вероятно, смотрит на мир своими прекрасными голубыми глазами, интересуясь всем, что происходит вокруг. Вероятно, она не раз плакала в своей кроватке или смеялась над чем-то, я не знаю. Я больше не ее мать...
Я не могу перестать думать о моей любимой дочери, которую я носила в животе в течение девяти долгих месяцев. Она родилась, а я начала задумываться, как бы обеспечить ей достойную жизнь. Ответ - никак! Несмотря на мою любовь... этого недостаточно для воспитания ребенка. Я должна дать ей еду, одежду, покупать книги для школы. И обеспечить теплый, тихий уголок, в котором она сможет вырасти, где она будет слушать сказки на ночь и просыпаться утром с улыбкой.
Мне 22 года, и жизнь, мне казалось, катится ко всем чертям. Я искала работу более двух лет. Но в моей глубинке, откуда я родом, нелегко устроиться на работу. Просто некуда! После окончания местного профессионального училища в течение нескольких лет я как-то сводила концы с концами, была продавщицей в местном ларьке. В местном и единственном на округу в 10 километров.
Живу с родителями. Отец дальнобойщик, мать занимается огородом. Помимо всего прочего, к моим бедам добавляется еще и то, что они огромные любители выпивки. Поэтому я прихожу домой только ночью, когда они уже спят. Мне надоел запах алкоголя, но ничего не могу с этим поделать. Я много лет страдала от того, что не могу нормально разговаривать с родителями, потому что они почти всегда были никакие, кроме тех моментов, когда отец уезжал в очередной рейс. Поэтому дома я бываю как можно реже: прихожу, засыпаю, встаю и ухожу.
У Миши, в отличие от меня, был свой дом, который стоял на участке в 24 сотки, а его родители любили меня как свою собственную дочь и ни в коем случае не возражали против наших отношений. К сожалению, недолгих...
«Я скоро вернусь,», - сказал он, когда рано утром вышел из дома.
«Очень жду», - ответила я, обнимая его. - Возвращайся побыстрее, пожалуйста. Не оставляй меня одну.
Он исчез. Сначала он просто не отвечал на звонок, а затем телефон навечно оказался "вне зоны Вашего никому ненужного общества".
Когда я спустя несколько недель узнала, что беременна, то пошла в магазин посмотреть детскую одежду. На глаза навернулись слёзы. Я не могу позволить себе купить комбинезон! А подгузники, еда, пустышки, коляска? Я не могу!
Я шла домой и вдруг случайно из припаркованной соседской машины услышала по радио диалог, видимо из какой-то социальной передачи, где говорилось, что ребенка можно оставить в больнице! Нужно только подписать документ. А может я должна это сделать? Нет, это как если бы я бросила ребенка в мусорное ведро - немедленно ответила я сама себе, пытаясь успокоиться, и верила на тот момент, что смогу справиться со всем на свете, что мы будем с моим ребенком всегда вместе.
Чем ближе были сроки, тем было все хуже. И все громче и громче я ревела от бессилия, что я не смогу стать нормальной матерью.
Когда родила и услышала, как она плачет, я потеряла сознание. А когда очнулась, то просто не хотела смотреть на нее. Я не хотела обнимать ее. Потому что знала, что не могу оставить ее. Из-за меня она будет обречена на нищету и унижение. Вместо того, чтобы наслаждаться жизнью, я буду беспокоиться о том, как пережить зиму. Потому что летом легче, как никак свой огород есть.Я не хочу, чтобы моя дочь это все пережила. Вот почему я решила оставить ее в больнице. К счастью, на усыновление и удочерение могут претендовать только люди со стабильным источником дохода и приемлемым жильем,. Поэтому я верю, что мой ребенок окажется в счастливой семье. Ее будут любить, обнимать и она никогда не узнает, что такое голод. Она даже не узнает о моем существовании...
С Вами, дорогие читатели и читательницы, был Алексей Борисов. Вам добра, удачи! А мне, если несложно, лайк и подписку, ведь молодой канал очень трудно раскрутить)))