Что такое свобода? Многие философы отвечают на этот вопрос по-разному. Невозможно точно сказать, что же такое свобода. Одно можно сказать наверняка: свобода - это важнейшее условие для самовыражения человека. В этой статье я хочу поговорить о двух философах – экзистенциалистах: Бердяеве и Сартре, ведь именно ими были созданы самые глубокие «лики свободы».
Николай Александрович Бердяев — один из крупнейших представителей русской идеалистической философии ХХ в, внес значительный вклад в развитие онтологии и гносеологии, философской антропологии и этики. Центральное место в его философии занимает концепция о свободе человека. Для обоснования своих философских мыслей Бердяев обращается к христианскому вероучению, видя в нем метафизическое выражение подлинной теогонии мира, тайну которой он стремится разгадать и представить в своем варианте философии христианского экзистенциализма с выходом на учение о судьбе человека.
Жан-Поль Сартр - французский философ, писатель, драматург и общественный деятель, критик. Один из наиболее значимых представителей экзистенциального направления в философии, он заложил теоретические основы экзистенциальной психологии, разработал оригинальную теорию атеистического экзистенциализма.
Сартр и Бердяев имели принципиальные расхождения по теме онтологии. Бердяев считал, что данность существования недоказуема, ее возможно только принять. Субъект не способен говорить о практическом мире, представляя его внешним, чужим, «отрывая» его от себя. Другим относительно мнения Бердяева, Сартр выражает свое, он разделяет «бытие-само-по-себе» и реальное начало мира. Существует «бытие-в-себе», которое присутствует, но оно ни есть ни действительность, ни возможность, оно очевидно есть. Сартр отвергал природу вещей, в существовании которой был убежден Бердяев.
Интересно заметить, что Бердяев критиковал Сартра, он не принимал его соображений и писал: «Сартр… в сущности есть раб объективности, мира вещей, мира феноменов, который не имеет реальности в себе… Сартр хочет думать, что за являющимся нет ничего, нет тайны». Дело было, скорее всего, совсем не в безбожии Сартра. Бердяев был относительно терпим к вероисповеданиям других философов, а сам Сартр говорил, что дело не в том, есть ли Бог, он скорее заявлял: «Даже если бы Бог существовал, это ничего бы не изменило».
У Бердяева свобода – мощь, стихия, хаос, «Ungrund», это ноша субъекта, она априорна. Как говорил он сам: «Свобода есть моя независимость и определяемость моей личности изнутри, и свобода есть моя творческая сила, не выбор между поставленными мною добром и злом, а мое создание добра и зла». Свобода Сартра же не имеет ничего сходного со свободой Бердяева, это безусловное правило жизни. Эта свобода ситуативна. Ее проявление в том, что человек должен независимо и осознанно делать выбор. Сходны думы Бердяева и Сартра в том, что личность, наделенная свободой, наделена и ответственностью, свобода – вещь сложная, обременительная. Человек сам делает выбор. Он не может не выбирать. Даже когда он уклоняется от выбора, тем самым все равно выбор совершает. Находясь в какой-либо ситуации он должен выбрать какую-то позицию, которую посчитает наилучшим вариантом, и несет ответственность за этот выбор.
Оба философа были уверены, что объекты нашего мира предстают перед человеком для того, чтобы их использовать. То, что Бердяев звал творчеством, Сартр называл «деятельностью». Свобода для Бердяева плотно связана с понятием творчества. Творчество – это прорыв духа из небытия. Свобода и творчество — это образ и подобие Бога в человеке. Образ Божий — это свобода, человек несет в себе ту свободу, с которой Бог создал мир. А творчество — это подобие, индивид может создавать нечто абсолютно новое. Жан-Поль Сартр видел в культурной деятельности способ улучшения жизни. И хотя «культура ничего и никого не спасает, да и не оправдывает, но она — создание человека: он себя проецирует в нее, узнает в ней себя; только в этом критическом зеркале видит он свой облик».
В XVIII веке атеизм уничтожил понятие Бога. Жан-Поль Сартр утверждает, что существование персоны предшествует его сущности, то есть сначала она появляется в мире, существует, и только потом определяется ее сущность. Не существует природы человека, так же как нет и Бога, который бы ее задумал и создал. Он имел в виду, что человеческое существо рождается индивидом, а в течение жизненного процесса становится личностью. Человек становится человеком в опыте жизни и перипетиях судьбы, он – проект самого себя.
У Сартра отсутствие высшей силы есть гарантия свободы личности. Но так как в концепции Сартра не находится места для Бога, человек существует в полнейшем одиночестве, а значит ему не на кого положиться, кроме как на самого себя. У Бердяева вопрос одиночества не стоит остро, в связи с убеждением в существовании Бога.
Похожи взгляды Бердяева и Сартра на социализацию. Она оказывается знаком отрешенности людской действительности. У Бердяева социализация лимитирует личность. Социализация всегда поверхностна, она никогда не распространяется на глубину личности. Социальное по Сартру — область, где тускнеет субъективность. Мечта Бердяева — группировка людей в свободном общении. У Сартра эта группировка людей, в общем-то, неосуществима, во-первых, потому что, конфликт составляет начальный смысл «бытия-для-другого», а во-вторых, группировка предполагает высшее единство «для-себя-бытия» и «бытия-для-другого», что невозможно, т. к. равносильно тождеству субъекта и объекта (в качестве «для-себя-бытия» — я субъект, а как «бытие-для-другого» — объект, — разъяснял Сартр).
Любовь для Бердяева это интуитивное постигание особенного и неповторимого лика другого человека. Любовь человека к человеку проникнута высшим началом, она как духовная, так и телесная. При этом любовь, согласно идеям Бердяева, не имеет ничего общего с инстинктом продолжения рода. Сартр противостоит взглядам Бердяева. Когда два человека любят друг друга, каждый желает завладеть свободой другого. Но в конце оказывается, что все, чем удалось овладеть — это тело оппонента. А физическое владение другим совершенно не равнозначно обладанию свободой.
Подводя итоги об учениях Сартра и Бердяева хотелось бы сказать, что для них, человек, который существует в мире не является таким, каким себя мнит, но он такой, каким хочет стать. Человек не рождается завершенным и совершенным, он создает, «проектирует» себя каждый день в жизненных испытаниях, в различных ситуациях. Самым значительным сходством в их концепциях является то, что оба философа считают, что гуманизм и творчество только лишь единственным выходом из посредственности существования.