Когда прихожу на кладбище часто обращаю внимание на большой гранитный крест. Все знают , что здесь покоится наша Кузьминична. Так ласково называли при жизни эту женщину. Откуда она появилась в нашем городке, никто уже и не вспомнит. Но все знали, если какая беда, или на душе плохо надо к бабушке сходить. Лечила она и добрым словом, и молитвами, и травами. Много чего она умела-и вывих вправить, и с катарактой начальной справлялась, с угрями, рожу заговорить... Шли к ней люди со всей округи за подмогой. Даже я в конце 70х побывал у нее, угри совсем замучили, а мази врачей не помогали. Минут тридцать пешком от нашего дома. И вот ее небольшой дом, но дом громко сказано. Покосившаяся, почерневшая от дождя избушка. В избенке, как сейчас помню в красном углу икона, русская печь, около окна деревянная кровать, да сундук...вот и все. Деньги она не брала, вместе с мамой собрали сумку с продуктами . Выслушала, потом стала растирать травы, потом их в чугунок. Пока готовилось зелье, сели за стол. Б
Когда прихожу на кладбище часто обращаю внимание на большой гранитный крест. Все знают , что здесь покоится наша Кузьминична. Так ласково называли при жизни эту женщину. Откуда она появилась в нашем городке, никто уже и не вспомнит. Но все знали, если какая беда, или на душе плохо надо к бабушке сходить. Лечила она и добрым словом, и молитвами, и травами. Много чего она умела-и вывих вправить, и с катарактой начальной справлялась, с угрями, рожу заговорить...
Шли к ней люди со всей округи за подмогой. Даже я в конце 70х побывал у нее, угри совсем замучили, а мази врачей не помогали. Минут тридцать пешком от нашего дома. И вот ее небольшой дом, но дом громко сказано. Покосившаяся, почерневшая от дождя избушка. В избенке, как сейчас помню в красном углу икона, русская печь, около окна деревянная кровать, да сундук...вот и все. Деньги она не брала, вместе с мамой собрали сумку с продуктами . Выслушала, потом стала растирать травы, потом их в чугунок. Пока готовилось зелье, сели за стол. Бабушка поставила самовар, и мы стали чаевничать. Сразу предупреждала поможет, если сам поверишь. Я никакая не колдунья, в Бога верю и с его помощью помогаю.. Все, что знаю от мамы, уж какая она травница была-знатная. Долго трудницей в монастырях жила, что-то и от монахинь узнала, как они лечатся. К ней иногда приезжали чиновники с милицией, мол занимается незаконным лечением и ворожбой. Но денег она не брала, в карты не гадала: особо прицепиться не было к чему. Однажды, уже после ее смерти. Мама мне рассказывала такую историю. Даже с райкома партии третий секретарь, женщина к ней приезжала, уж больна дочка ее озабоченной была до мужчин. Так маму коммунистку позорила, что пальцем показывали. Говорит помогла от этого избавить наваждения, а та вместо благодарности старушке, гадости про нее в местной газете написала. Ну она ее простила. Бог ей судья. К слову, часто вижу ее в церкви. А раньше, она если человек верил, из партии выгоняла.
Кузьминична считала, если человек делает добро людям и природе, живет без греха злобы, зависти, то и здоровье у него хорошее будет. Злые же люди сами себя уничтожают. Но вроде и верила в Бога, но так в суеверия верила. Знала, что гости будут, из рук вилки с ложками падали. Учила нож на столе оставлять нельзя. Нож это беда. В руках лихого человека, нож всегда внушает страх. Поэтому у нас им на Руси отпугивали колдунов, и нечистую силу. Чтобы плохой человек с дурными мыслями не пришел, над дверью нож положить нужно. Очень трепетно относилась к зеркалу. Нам рассказывала, что нельзя до года ребенка к зеркалу подносить-болеть будет. А если зеркало разбилось жди беды, вся жизнь рассыплется как осколки. Поэтому сынок, заверни каждый осколочек в тряпку и на семь дней пусть дома полежит, скрытое от всех. А после семи выброси...Вот так с разговорами и зелье подошло. Она перекрестила , попросила выпит горький отвар. И дала на дорожку пакет с травами, рассказав, как заваривать. Вы знаете помогло. Дерматологи не справились,а бабушка смогла. Когда мы уже выходили, в дом внесли молодого парня с перекошенным лицом, ноги отнялись. Бабушка нажимала пальцами на позвонки его спины. Потом умыла его святой водичкой. Мужчины улыбнулся, бабушка спасибо отпустило...чувствую ноги.
Умерла бабушка года через два, проститься с ней пришло много людей. В нашем городке такого количества людей я не видел никогда, даже когда хоронили авторитетного бизнесмена столько не было. Через полгода неизвестный на свои деньги поставил гранитный памятник крест. Говорили чиновник из Москвы, она поставила на ноги дочь после инсульта.
