С чего началась история этой снежной женщины?
Дореволюционный предводитель Абхазии князь Д. М. Ачба со своей свитой охотился в лесах на горе Заадан. И в который раз увидел мохнатого гиганта. Приказал поймать его в конце концов. Что слуги и выполнили оригинальным образом. Один из них снял пропахшие потом штаны и оставил на видном месте. «Снежный человек» -абнаую- пришел на запах. И пока заинтересованно возился со штанами, выскочившие из засады охотники его повязали.
Абнаую оказался самкой двухметрового роста с непомерно огромными молочными железами. Все ее тело, особенно нижнюю часть, покрывала густая темно-бурая, как у медведя, шерсть длиной примерно с половину ладони. Там, где она потерлась, проглядывала темно-серая кожа. Как у перепуганного негра. Фигура была массивной, мускулистой, зад - крупный и высокий. А голень - почему-то тонкая. Ступни - огромные, широкие, с длинными пальцами, которые обладали способностью широко раздвигаться. Волосы росли и на лице, но редкие. Почти черная шевелюра спереди напоминала папаху с курчавыми завитками. Начиналась почти от бровей. А сзади гривой спускалась к спине. Глаза были красными. Нижняя часть лица выдавалась вперед - словно свиное рыло.
«Снежную бабищу», которую назвали Заной, Ачба подарил своему другу князю Челокуа - это все аксакалы припомнили. А тот отдал князю Эдже Генаба. Он и привез «кавказскую пленницу» в селение Тхина на реке Мокви - в свои владения. Здесь-то и началось самое интересное.
Снежная пленница была в любовницах у князя и местных мужчин.
Как утверждают местные жители, за время проживания в селении Тхина Зана рожала не менее 5 раз. Значит, чем-то привлекала местных мужчин в сексуальном смысле. Но, похоже, и сама была не прочь. Ведь наивно полагать, что можно изнасиловать двухметровую атлетку. Больше всего она любила плавать в горной речке - купалась по несколько раз в день. И... выпивала. Князь научил, который и стал, если верить легендам, первым любовником Заны.
Скорее всего, относительная чистоплотность абнаую, некоторая расслабленность от вина с одной стороны, а также недостаток в горах человеческих женщин - с другой, сыграли решающую роль в установлении межвидовых интимных контактов.
Дети снежной женщины.
Первый малыш Заны - вроде как от князя - погиб сразу после рождения. Мамаша окунула его в ледяную воду. Младенец, который был не столь стойким к суровым испытаниям, не выдержал ритуала, очевидно, распространенного у абнаую. Следующих детей у Заны тут же отбирали, чтобы не простудила. В итоге, у нее выжили две дочери - Гомаза и Коджанир - и два сына - Джанда и Хвит. Но лишь последний остался в селении и жил на виду у народа. А куда делись его братья и сестры, неизвестно. Хвит был дважды женат. Последний раз - на русской женщине Марии. От этого брака и родилась Раиса.
Местный долгожитель Зеноб Чокуа хоронил Хвита. Застал в живых и его мать. В то время был мальчишкой, но хорошо помнит Зану. И Хвита, который тоже вымахал под два метра, но был не столь шерстист. Его «записал на себя» последний любовник Заны - пастух по фамилии Сабекия. Сам умер в 30-е годы - сразу после переписи населения. Однако перед смертью сказал и жене, и своим восьмерым детям, мол, был грех. И он настоящий отец младшего ребенка Заны.
Не совсем человек!?
Влиятельная британская газета The Times сообщила о результатах исследования, проведенного профессором Брайаном Сайксом из Оксфордского университета (Professor Bryan Sykes of the University of Oxford). Ученый проводил генетический анализ останков, полученных из Абхазии. И пришел к выводу, что они не совсем человеческие, а принадлежат некоему подвиду, представители которого лишь наполовину люди и наполовину обезьяны. И вполне могут быть "снежными людьми". Или йети, как таких называют на Западе. Кроме того, генетически они отдаленно напоминают выходцев из Африки, которые обитали там более 100 тысяч лет назад.
Сколько лет прожила Зана и от чего умерла, неизвестно - скончалась в промежутке между 1880 и 1890 годами. Но до последних дней она не менялась внешне. Не поседела, не потеряла ни одного из зубов - белых, больших и крепких, сохранила физическую силу.
А говорить так и не научилась. Могла отрывисто вскрикивать, мычать, рычать. Когда радовалась, издавала тонкий металлический смех. И никогда не улыбалась.