"Я практически не знаю людей, которые были бы так благородны и мудры, как она, особенно в нашей актёрской среде". Эти слова стали поздравлением для Анастасии Вертинской от друга, коллеги, партнёра по съёмкам Александра Калягина. В декабре "самой красивой девушке СССР" исполнилось 75, и она остаётся красивой, мудрой и очень остроумной.
В 1961 году, после выхода в прокат фильма "Человек-амфибия", не было актрисы популярнее Вертинской. Она и её коллега, Владимир Коренев, чуть не погибли на съёмках, ведь оба практически не умели плавать. Да и сами съёмки были очень сложные, экранизировать шедевр Александра Беляева отказалась даже богатейшая студия Уолта Диснея. Отказалась из-за сложных трюков, акул, подводных драк.
А нашим фильм удался! Когда юная Настя выходила в магазин, ей вслед кричали: "О, амфибия пришла!"
Но у неё есть и другая история - театральная, которой Анастасия Александровна вправе гордиться.
В 1981 году Эфрос поставил "Тартюфа" во МХАТе. Это был взрыв, ураган, огонь, как сейчас говорят. На роль простодушного Оргона режиссёр пригласил Александра Калягина - никто не умеет так уморительно смотреть на собеседника наивными голубыми глазками. А вот на роль Тартюфа были два кандидата - Смоктуновский и Любшин.
"У них, мне кажется, есть эти страшноватые краски. Надо сыграть не ханжу, а претендента на власть. Политикана", - говорил Эфрос.
В результате роль досталась Станиславу Любшину.
А вот сомнений в том, кто будет играть прекрасную мадам Эльмиру, не было. Вертинская в роли умной и хитрой жены простодушного Оргона была красива как никогда.
Она очень смешно рассказывала о спектакле. Хохот в зале стоял постоянно - это был гротеск, импровизация, пантомима. Калягин и Вертинская стали закадычными друзьями ещё в театральном училище, и в спектакле они понимали друг друга с полуслова. Но вот беда - в сцене показательного соблазнения Тартюфа Калягин должен был незаметно прятаться под стол.
На самом деле он уходил в специальный люк.
Но Калягин ни разу не ушёл под стол вовремя! И назад вовремя не появлялся! Анастасии приходилось исхитряться и придумывать какие-то ходы, чтобы заполнить паузу.
Кроме того, упитанный Калягин с жутким топотом бегал под сценой - во время своей отлучки он играл в шахматы с гримёром и не хотел пропустить свой ход. И мало этого, внезапно появляясь на сцене, он пылко обнимал свою "супругу" и начинал её "жамкать", как вспоминает сама Вертинская.
Он обнимал её с таким удовольствием, что у актрисы появлялись синяки. И она пригрозила Калягину - ещё раз так сделаешь, я уйду со сцены в тот же момент.
Он принял угрозу серьёзно, и действительно не дотронулся до неё руками. Зато, со смехом сказала Вертинская, при словах "Дорогая моя, неужели я снова увижу это милое лицо, эти прекрасные черты", шагнул и двумя ногами встал мне на ноги.
"И продолжительно меня целовал", - продолжила Вертинская.
Да-а, подумала Анастасия Александровна, лучше бы я ничего не говорила. Она еле-еле уползла со сцены, приволакивая отдавленные ноги. Ругаться не стала, нет. Просто сказала:
- Знаешь, Саша, лучше жамкай, а то я без ног останусь!