Президент США Дональд Трамп приказом об уничтожении иранского генерала Касема Сулеймани осуществил безрассудный военный акт. На данный момент Соединенные Штаты и Иран пока стараются воздержаться от дальнейшей эскалации, но вероятность просчета в развивающемся конфликте остается внушительной.
Мир облегченно вздохнул после того, как удар ракетами Ирана по американским базам носили относительно символический характер. Все факты говорят о том, что иранские военные службы спланировали эту операцию таким образом, чтобы не допустить гибели американских солдат. Потому, если бы Иран хотел нанести разрушающий удар, он бы выбрал для обстрела другие базы Соединенных Штатов.
Своими действиями Тегеран подал сигнал о своем намерении ослабить конфронтацию, однако политический курс Трампа не допускает для Исламской Республики варианта отступления. После иранской атаки американский лидер начал свою речь с того, что Иран никогда не получит разрешение на наличие ядерного оружия. В то же время один из наиболее успешных договоров о нераспространении такого вида оружия был сорвано той же администрацией Трампа. И если на сегодняшний день Иран реально имеет возможность разработать ядерное оружие, в этом тоже вина Трампа. А в особенности его самовлюбленности. Глава Соединенных Штатов своей политикой «максимального давления» на Иран поставил мировую общественность на грани войны.
Дональд Трамп настолько уверен в правоте собственных действий, что на днях на странице в Twitter написал, что ему абсолютно безразлично, согласится ли правительство Ирана на проведение переговоров с Вашингтоном. При этом он подчеркнул, что главное – не допустить использования Тегераном ядерного оружия и применения силы относительно протестующих демонстрантов.
9 января палатой представителей Конгресса Соединенных Штатов одобрена резолюция, которая ограничивает полномочия американского президента касательно применения вооруженных сил против Ирана без разрешения законодательных органов. Однако вопрос остается в том, каким образом при этом или другом президенте ограничить «сверхдержаву» в действиях, ставящих мир на грань масштабной войны.