22 июня 1941 года командование вермахта уверяло, что германские солдаты разобьют Красную армию за 2—3 месяца, однако с первых дней сражений немцы поняли, что эта война будет отличаться от предыдущих. Уже в разгар битвы за Крым Йозеф Геббельс скажет:
«Упорство, с которым большевики защищались в своих дотах в Севастополе, сродни некоему животному инстинкту, и было бы глубокой ошибкой считать его результатом большевистских убеждений или воспитания. Русские были такими всегда и, скорее всего, всегда такими останутся».
Начало войны
Еще в июле 1941 года Фельдмаршал Браухич записал о русских:
«Первый серьезный противник».
Через неделю после начала войны начальник штаба люфтваффе генерал-майор Гофман фон Вальдау записал в своем дневнике:
«Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого... Ожесточенное сопротивление, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям».
Особенно немцев шокировали авиационные тараны советских летчиков и огромный уровень потерь. Только за 22 июня 1941 года люфтваффе потеряло 300 самолетов, чего в боях с союзниками, даже во время ожесточенной "Битвы за Британию" не было.
В своей книге «1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо железных» английский историк Роберта Кершоу собрал воспоминания военнослужащих вермахта о первом годе войны. Исследователь утверждал, что в это время в армии вермахта появилась поговорка:
«Лучше три французских кампании, чем одна русская».
Эрих фон Манштейн
Немецкий фельдмаршал, участник Первой и Второй мировых войн. Считался одним из самых одаренных стратегов Третьего Рейха, но был очень нелюбим Гитлером за свою дерзость.
Отчаянность бойцов Красной Армии очень поразили фельдмаршала Манштейна. В своих воспоминаниях он удивлялся:
«Советские солдаты поднимали руки, чтобы показать, что они сдаются нам в плен, а после того как наши пехотинцы подходили к ним, они вновь прибегали к оружию; или раненый симулировал смерть, а потом с тыла стрелял в наших солдат».
Также цитаты из его книги "Утерянные победы":
Следует отметить упорство отдельных русских соединений в бою. Имели место случаи, когда гарнизоны дотов взрывали себя вместе с дотами, не желая сдаваться в плен.
Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека... Бросается в глаза, что при захвате артиллерийских батарей ит.п.в плен сдаются немногие.
Бои с русскими носят исключительно упорный характер. Захвачено лишь незначительное количество пленных.
Войска русских всегда храбро сражались и иногда приносили невероятные жертвы.
Гюнтер Блюментрит
Немецкий офицер, участник Первой и Второй мировых войн, генерал пехоты, кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями. Начальник штаба 4-ой армии вермахта.
В своих дневниках военачальник пришел к выводу, что сила противника в его близком контакте с природой. Именно поэтому красноармеец свободно передвигается ночью и в тумане и не боится мороза. Генерал писал:
«Русский солдат предпочитает рукопашную схватку. Его способность не дрогнув выносить лишения вызывает истинное удивление. Таков русский солдат, которого мы узнали и к которому прониклись уважением еще четверть века назад».
Также Блюментрит сравнивал русских с предыдущими противниками Германии:
«Поведение русских войск даже в первых боях находилось в поразительном контрасте с поведением поляков и западных союзников при поражении. Даже в окружении русские продолжали упорные бои. Там, где дорог не было, русские в большинстве случаев оставались недосягаемыми. Они всегда пытались прорваться на восток... Наше окружение русских редко бывало успешным».
Уже после войны генерал-полковник танковых войск и военный теоретик Гейнц Гудериан написал статью «Опыт войны с Россией». В этой работе проанализировал попытки иностранцев завоевать Россию пришел к выводу, что:
«Русский солдат всегда отличался особым упорством, твердостью характера и большой неприхотливостью.
Русские не теряют дух с самой сложной военной обстановке, и пренебрежение такими особенностями: «может привести к ужасным последствиям». (Имеются ввиду советские войска в Берлине)
«Если вспомнить, что Фридрих Великий противостоял противнику, обладавшему двенадцатикратным превосходством в силах, то кажешься сам себе просто засранцем. В этот раз мы сами обладаем превосходством в силах! Ну разве это не позор?»
(Гитлер, запись от 28.01 1942 г)