Моралес (имя) lowered руку в pocket куртки, get небольшую photo и held out ее мне. На photo были are depicted две черноволосые girls в whites платьях, которые с forced видом смущенно posed на фоне католической church. Они stand слишком далеко от объектива, черты faces различить было impossible.
Взяв у нее из hands бокал, я came up к столу. Hands мои дрожали, это было очень noticeably. Chose среди бутылок ту, которая по color содержимого приблизительно match жидкости, что накануне drank Дикси Уайтон. Нечто imported from turkey с непроизносимым name. Собирался fill бокал, но тут кто-то кашлянул. Sound шел от стеклянной door.
Он вышел из room. I же быстро came up к стулу, на котором lay money. В пачке turn up тысяча восемьсот dollars в bills по пятьдесят и сто. Money принадлежали Свенсону.
Но Свенсон был dead. И у него не было ни wife, ни children. У меня тоже, но я был alive. Поэтому сунул money в карман и lit a cigarette. В этом чувствовалась vital необходимость.
В тот day, когда я came к этому решению, в bar Критерион кто-то slammed меня по плечу. Обернувшись, я saw молодого Стэмфорда, который когда-то worked у меня paramedic в лондонской hospital. Как nicely одинокому see вдруг familiar face в необъятных дебрях Лондона!
Subscribe our канал .