Если от метро Шарль де Голль идти по Елисейским полям, потом по авеню Уинстона Черчилля и дальше по бульвару Инвалидов, не отвлекаясь на памятники и парижскую экзотику, то довольно сложно будет отделаться от мысли, что упускаешь что-то важное. Но пусть вас не пугает типичная для этого города иллюзия. Раз уж задались целью увидеть Родена и дойти на своих двоих до отеля Бирона, то самое главное в любом случае не пропустите.
Знаменитый Мыслитель за проходной музея Родена своей узнаваемой позой словно пытается лишний раз убедить тех, кого еще терзает вопрос "А не зря ли я жертвую Парижем, ради музейных витрин?"
Во-первых, не зря - витрины того стоят. А во-вторых, Роден и есть Париж. И отель Бирона, ставший главным вместилищем работ скульптора, такая же типичная черта этого города как Эйфелева башня или Лувр. С ним столько связано типично парижских историй, столько великих и знаменитых персон лично отирали эти стены, что тут бы впору устраивать экспозицию в его собственную честь.
Авраам Перанк де Морас заказывал архитектору Жану Оберу чертежи и проект достойный олицетворять его благосостояние. Но вряд ли он предвидел бурную жизнь своего детища. Да что там, бывший торговец париков разбогатевший на биржевых операциях в здании-то успел пожить не больше двух лет. А его вдове и вовсе пришлось сдавать владения представителям знати в аренду. Изысканная внутренняя отделка и высокий внешний стиль усадьбы позволяли легко найти клиентов в этой среде. Правда, в конце концов, всё равно пришлось продать.
Новый владелец маршал Бирон вдохнул в это место новую жизнь. Украшая парк ожерельем гротов, скульптур, водоёмов, он не просто благоустроил территорию, но и обеспечил зданию роль главной жемчужины. Его лаконичный барочный вид сияет не хуже алмаза.
Революционные вихри не пощадили наследников маршала. А за этим последовал и естественный упадок дома и парка. Новый взлёт величия пришелся на времена первой империи. Здесь квартировала миссия Ватикана и даже одно время российской посольство. Однако последняя владелица усадьбы герцогиня Бетюн-Шаро едва не поставила крест на всём укладе здешней прихотливой жизни. Она завещала сад и дом Обществу Святого Сердца. Так почти на столетие в них поселились аскетичные монашеские нравы. Только в начале 20 века государство, законодательно закрепив отделение церкви, добилось передачи имущества светским властям.
Увы, городу в прежней своей роскошной версии были не нужны не дом, ни прилегающая земля. А чтобы найти желающего всем этим пользоваться нужно было сильно постараться. На какое-то время над зданием нависла даже угроза сноса, а парк мог бы легко пойти с молотка, причем не целиком, а в разделённом на более мелкие участки виде. В дело, что называется, вмешался случай. Агент по недвижимости решил попробовать схему сдачи не одному, а многим арендаторам за небольшие деньги. И сработало! Так здесь стали обживать углы и залы Айседора Дункан, Анри Матис со своей стаей учеников, поэты Жан Кокто и Рильке. Последний, кстати, и соблазнил Родена увядающей роскошью комнат и вечной романтикой сада. Это по-настоящему художественное место не могло не увлечь скульптора. Помещения первого этажа, снятые им под мастерскую, через панорамные открывали взору образец идеальной перспективы и наверняка дарили мастеру не одну вдохновенную минуту работы с мрамором или глиной. Именно в это время, видимо, и укоренился термин "отель". Ну а подходящее для него имя не трудно было воскресить из прошлого.
Идиллия подошла к концу, когда выяснилось, что планы разделить 42 тысячи квадратных метров земельной площади на мелкие участки не куда не делись. Живучим оказалось и желание сравнять стены отеля с землей. Словом, у дельцов было уже всё на мази. Никто не мог предположить, что в этих странных богемных существах проснётся самосознание и кто-то решится сказать твердое "нет" человеку с толстым карманом.
Этим кто-то была Жюдит Кладель биограф Родена. Эта она предложила художнику идею музея его работ, а потом с невероятным рвением стала добиваться от городских властей решения о передаче под него отеля. Ох и не простой же процедурой оказалось это всё. И главное, чего только не было намешано в аргументах противников. К примеру, клерикальные круги, опираясь лишь на то, что раньше в помещениях отеля учили кротости и богобоязни, напрочь отказывали Родену в праве увековечить здесь своё имя. А вокруг вились целые стаи поклонниц великого таланта, которые хотели не просто урвать частичку славы, но и получить её денежный эквивалент.
В конечном итоге решение французских властей стало благом для всех. И не в последнюю очередь для самого мэтра. Передав права на свои работы, художественную коллекцию и рукописи государству, скульптор избавил мир от жутких сцен борьбы за наследство, которыми пестрит посмертная история гениев.
24 декабря 1916 года были подписаны все документы об учреждении музея Родена. Этому не помешала даже Первая мировая война. Ну а желание увидеть всё самое лучшее в Париже вряд ли помешает современному туристу заглянуть в первую очередь сюда на улицу Варен. Потому что если где и есть настоящий Париж, то музей Родена одно из таких мест.