Влияние смерти Сулемайни разыгрывается неожиданным образом.
Разбитая машина Кассема Сулеймани все еще тлела, когда предсказанные последствия его смерти начали восстанавливаться по всему Ближнему Востоку. Там будет хаос, возмущение, нестабильность - возможно, даже война. Среди тех, кто выступал против убийства, и тех, кто его поддерживал, было более или менее единодушное мнение: вещи никогда не будут прежними.
Спустя неделю этот принцип все еще сохраняется в регионе, все еще сталкивающемся с его воздействием. Тем не менее, последствия самого значительного убийства современности не создали беспорядка, который многие предсказывали. Во всяком случае, центральные районы необычайной сферы влияния иранского генерала до сих пор очень спокойны. С другой стороны, его тыл остается нерешенным и шатким - не столько из-за его смерти, сколько из-за 176 пассажиров на борту украинского авиалайнера, снятого с неба в последующие панические дни.
Потеряв своего самого грозного генерала, затем его коллективное лицо в приглушенном контрударе, частично поставленном с помощью Вашингтона, хваленые иранские военные потеряли самообладание. И так подавляющее было доказательство, что, наконец, пришлось признать это.
Расчеты иранского руководства - о том, что он должен был потерять меньше, признав свою ошибку, чем опровергнув это перед лицом столь убедительных доказательств, - могут все же выиграть день, когда гнев его граждан стихает. Но подвергание Революционной Стражи таким насмешкам - это не то, что удобно, особенно после смерти человека, которого долгое время считали неутомимым дома и неприкасаемым за границей.
Турция, Израиль, Россия и Саудовская Аравия, которые боролись с Ираном за власть и влияние в регионе, все хорошо знали Сулеймани. Беседы с представителями всех четырех региональных держав за прошедшую неделю свидетельствуют о том, что он был убит неожиданно, а также оказал помощь после того, что, по их мнению, резко ослабило региональные позиции Ирана.
В Сирии, где Сулеймани боролся с Владимиром Путиным за влияние на Башара Асада, Москва теперь, кажется, держит намного более легкую руку. Не смотря на то, что Иран не понимает, как должна выглядеть послевоенная Сирия, усилия России, направленные на то, чтобы утвердить ее, будут выглядеть так, как будто они будут относительно беспрепятственными, пока замена Сулеймани не установит некоторую собственную власть - процесс, который вряд ли будет быстрым.
В Ираке, который прогнулся под тяжестью опеки Сулеймани, возможно, больше, чем где-либо, его гибель тщательно калибруется обширной прокси-сетью, которую он построил после вторжения США. У доверенных лиц Ирана развилась большая часть дел страны. Но это тоже сейчас слабее, чем было неделю назад. Региональный проект, который так тщательно строил Иран, уже не выглядит таким устойчивым, как был. В некоторых местах это выглядит положительно шатко.
Саудовская Аравия, главный враг Сулеймани, но боявшийся того, к чему может привести его смерть, получила большое заверение от относительного отсутствия возвращения в регион, по крайней мере до сих пор. Турция также имеет более свободную власть в северной Сирии и с курдами региона, связями с Ираном которых было трудно управлять в последние годы.
В Ливане наиболее значительная часть иранской проекции "Хезболла" подводит итоги после потери своего главного покровителя. Его лидер, Хасан Насралла, долгое время считавшийся неприкосновенным в том же духе, что и Сулеймани, теперь более уязвим, чем когда-либо, поскольку израильская позиция заключается в том, что он является слишком рискованной целью вне войны, возможно, в настоящее время пересматривается.
Лишь немногие из этих последствий были раскрыты до убийства, и некоторые из них могут быть опровергнуты, если замена Сулеймани на посту командующего генералом Кудса быстро подтвердит его авторитет. Но, учитывая широту и глубину работы его предшественника, это кажется маловероятным. Смерть Сулеймани действительно была определяющим моментом на Ближнем Востоке. Но, возможно, по другим причинам, чем друг или враг понял.