Там даже камни умеют слушать. Я приезжаю, и мне там лучше и жить, и прятаться, и грустить. Его вода для меня живая, в его автобусах и трамваях я от забот своих уезжаю, чтоб теплый свет его ощутить.
Ты знаешь, в Питере проще верить, что
счастье есть, что открыты двери, там
нарисованы акварелью мои расплывчатые мечты. Его проспекты
уходят в небо, ему я верю — отчасти
слепо — и сочиняю ему сонеты, а он разводит свои мосты.
Ты знаешь, Питер как мудрый старец: своими зельями исцеляет и исполняет
свой странный танец, как ритуал от былых обид. Его каналы, его фонтаны —противоядия от дурманов, и эти воды затянут раны, и сердце больше не так болит.
Ведь Питер знает на все ответы: как
быть собой и дожить до лета. Я там
всегда остаюсь согрета, пусть даже в самый унылый дождь. Он нежно манит и опьяняет, он как дитя на руках качает и заставляет забыть печали, пусть их немало еще хлебнешь.
Ты знаешь, он от всех страхов лечит, я в каждом сне мчусь к нему навстречу, он свои мантры мне в ухо шепчет и объясняет все без прикрас. Пускай он часто бывает серым, но это не подрывает веру, и я в него влюблена
без меры с тех пор, как встретила в первый раз.