Наступает очередная пора трагических годовщин: обстрел остановки общественного транспорта в микрорайоне Боссе, кровавое Крещение, обстрел очереди за гуманитарной помощью возле ДК Куйбышева в одноимённом районе. Пять лет прошло с тех страшных событий. Кажется, будто весь мир позабыл об этом. Но это не касается жителей Донбасса. Всё это останется навсегда с нами. Даже спустя долгие годы мирной жизни, я уверен, что так или иначе, но страшные январь-февраль 2015 г. будут напоминать о себе, пишет обозреватель ИА "Аналитическая служба Донбасса" Денис Григорюк.
Сегодня мне хочется вспомнить историческое событие — освобождение Донецкого аэропорта от Вооружённых сил Украины. Согласно украинской версии, подразделения ВСУ покинули территорию воздушной гавани Донецка только 21 января, а до тех пор героические «киборги» держали оборону и даже умудрялись идти в контрнаступления. Но вся информация, которую озвучивали официальные представители Киева, оказалась ложью. Страшной для тех самых военных, которых пиарили всё это время, придумывая пропагандистскую историю о «киборгах». Но это сыграло злую шутку с ВСУ. После поражения в ДАПе украинские подразделения были деморализованы и проиграли ещё целый ряд важных битв.
С тех пор было ещё много экранизаций, книг, а в 2019 г. даже вышла компьютерная игра, в которой игроки могут повоевать в аэропорту Донецка. Но всё это иллюзия, художественный вымысел, далёкий от правды. Реальную картинку тех боёв мир узнал благодаря военным корреспондентам, которые снимали и рассказывали правду о том, что на самом деле происходило в аэропорту. Именно эти люди разрушили пропагандистские истории о «киборгах» и «героической обороне ВСУ».
Мы смотрели на боестолкновения в ДАПе глазами военных операторов. Мне удалось пообщаться с этими людьми, которые рассказали о том, что чувствовали в те исторические дни, которые изменили ход войны в Донбассе.
Представляю вам первый рассказ от военного корреспондента издания «LifeNews» Павла Чуприны.
«Утром 15 января мы вдвоём с Семёном Пеговым спешно выехали в район аэропорта. Благодаря своим человеческим и профессиональным качествам Сёма был в курсе всех самых важных и скрытых новостей с передовой, поэтому, как журналист, часто успевал реагировать первым. Моя роль была куда скромнее: снимать всё, что вижу, по возможности не упустив самого главного. Всю информацию о происходящем я получал для себя отрывками уже во время съёмки, поэтому о том, что несколько часов назад новый терминал частично перешёл под контроль ДНР, ещё не знал.
Мы примчались с командирами «Спарты» на бронированной «Ниве» на парковку нового терминала. От неё до терминала предстояло пробежать небольшой простреливаемый участок. Вся земля была усеяна мусором: металлом, пластиком, утеплителем, проволокой и арматурой. Всё это было очень путано и скользко из-за снега. Внутри терминала перемещаться было так же трудно из-за толстого слоя строительного мусора. Бойцы не нервничали, но суетились, укрепляли позиции, постоянно носили ящики с боекомплектом, были все закопчённые от дыма. Звук войны стоял фоном. На автоматные очереди и взрывы гранат никто не реагировал - к тому времени к этой «музыке» давно привыкли. Лишь на близкие разрывы крупных мин и снарядов все интуитивно пригибали головы.
Сперва мы поработали на нулевом и первом этажах, которые были под контролем бойцов ДНР, а затем по боковой полуразрушенной лестнице поднялись на верхние этажи. Помню, когда в одном из стендапов Сёма сказал, что мы первая съёмочная группа в новом терминале - меня разобрала некая гордость за нашу работу и понимание всей историчности этого момента. Самая горячая фаза нашей съёмки пришлась на четвёртый этаж, где спартанцы оказывали огневое давление на остатки ВСУ, засевшие этажом ниже. Как позже признавались сами бойцы, они были крайне удивлены увидеть тогда рядом с собой журналистов! Пулемёты строчили, гранаты взрывались, камера снимала, микрофон не выключался. Когда одного из солдат ранило в ногу, мы решили покинуть терминал вместе с ним. Финальный стендап вышел невероятно динамичным! Вокруг оглушающая стрелкотня, Сёма, пробираясь на камеру сквозь металлолом, говорит текст, а я пячусь от него…
Когда спустя пару часов мы в окружении коллег уже сидели на «Легенде» (кафе-офис всех военкоров) и смотрели по телевизору вышедший сюжет – по завершению нам даже зааплодировали. Стоя. Это было очень приятно и незабываемо!»