Испиши хоть сто тетрадей подряд,
Изливая боль придуманных бед -
Если раны не кровят, не болят,
Значит, брат, ты не поэт, не поэт.
Не насилуй слов, не пачкай листа
Равнодушием непрожитых строк.
Ты не видишь ни креста, ни Христа,
И не пустишь никого в свой мирок.
Там - порядок, нет ни гроз, ни угроз.
Тишь да гладь, теплы печи кирпичи.
Звезды мимо льют свой свет на мороз.
Спит душа, задув огарок свечи.
Не дано тебе дорог и тревог,
Но ты пишешь новый стих, выгнув бровь.
Пряча в строчках о любви между строк
Безнадежную, как смерть, нелюбовь.
Семя мёртвое - не даст колоска...
Но разрезал бритвой ночь чистый луч.
И на дне души проснулась тоска,
Да открыла двери в мир, спрятав ключ.
Изорвал я сто тетрадей подряд,
А мирок мой стал теперь - полный бред.
Заливаю я в себя черный яд,
Душу грешную поранив о свет..
Рви, гитара, нерв-струну! Ставь на край!
Расскажи, как умирать. Или жить.
Эй, Семеныч, ты и мне - наливай...
Друг СашБаш, постой. Оставь докурить!
Путь ваш светел, пусть не мудр и не свят.
Память-памятка ушедшим вослед.
Если не был ты хоть малость распят, -
Значит, брат, ты не поэт, не поэт...
Легче пуха, тяжелей жернова
Дар поэта, божья казнь-благодать.
И ревут аккорды, рвутся слова,-
-Эй, душа! Ты где? А ну-ка, не спать!