В этом тексте я не собираюсь оправдывать руководство «Спартака», которое затянуло с переподписанием воспитанника академии красно-белых. Это, в конце концов, происходит не впервые. Меня удивляет другое — реакция. Судя по социальным сетям, достаточно нервная.
Но почему болельщики «Спартака» должны расстраиваться? Только из-за факта потери своего парня? Окей, принимается. Что еще? Где конкретные доказательства громадного таланта Солтмурада Бакаева? Что он успел показать в Москве, чтобы сейчас терзаться из-за ухода в «Рубин»?
Премьер-лига: 2 игры, 15 минут. Пять из них в матче с «Крыльями» (2:1), еще десять — во встрече с «Ростовом» (1:4), там же случилась предголевая передача на Ларссона, который, в свою очередь, отдал на Понсе.
Лига Европы: 1 игра, 45 минут, матч «Спартак» — «Брага» — 1:2.
Было еще 37 минут в двух матчах предсезонного турнира в Австрии (поражения от «Ростова» и «Краснодара»), все остальное — ФНЛ.
При всем уважении к «Спартаку-2», реально проявлять себя футболисты должны в первой команде. Статистика в ФНЛ — не показатель. Вон у Руденко она превосходная, а своего шанса на взрослом уровне он пока не получил — и уехал в аренду в «Торпедо».
Бакаев в главном «Спартаке» не успел показать ничего. И это не значит, что у него нет таланта. Уверен, что есть. Но судить об этом мы пока можем только со слов тренеров и партнеров. Обычному болельщику понять, что за футболист Солтмурад Бакаев, нереально — и не пытайтесь переубедить.
Подающих надежды ребят в «Спартаке» (да и в других клубах) было много во все времена. Авансов — вагон, ожиданий — еще больше. А на выходе — печальный список нереализованных амбиций. Начиная с Давыдова и Козлова, заканчивая Шпедтом и Ходыревым.
Где гарантии, что Бакаев-младший не пополнил бы эту компанию? Их нет. Как нет и обратных доказательств. Просто потому, что мы Солтмурада в деле толком не видели.
Да, вопросы к руководству есть — уходит воспитанник. Но и Солтмурад выбрал этот путь сам. Ждать не захотел, хотя есть пример брата, который терпел, поймал момент и стал в «Спартаке» лидером. Но, возможно, история Бакаева-старшего — приятное исключение?