Я люблю просыпаться рано, но
каждое утро меня ожидает одна и
та же неприятность, и избежать ее
невозможно — надо одеваться. Это
дань, которую мы платим сами себе
за то, что принадлежим к цивилизованному обществу. Ведь человека,
целый день проводящего в пижаме,
в лучшем случае станут просто избегать.
Я, конечно, мог бы спать в одежде, но это выше моих сил. Кроме того,
раздеваться гораздо легче. По показаниям секундомера я проделываю
это за четверть минуты. Но одеваться — мучение!
Если было бы можно, я носил бы
шкуру — как волк или медведь. Какая прелесть — проснуться утром,
причесать волосы и шерсть и спокойно отправиться по своим делам. Вот
только бриться мне все равно
пришлось бы — с бородой я похож
на дикого осла.
Но в шкуре меня приняли бы или
за сумасшедшего или за пещерного
человека откуда-нибудь из дебрей
Амазонки. Так что приходится носить
костюм и каждое утро — о ужас! —
бороться с многочисленными пуговицами.
Итак... Я вскакиваю, хватаю эти
богом проклятые брюки и пытаюсь
одновременно сделать два дела: попасть ногой в штанину и не упасть
на .пол. Потом следует недолгая, но
упорная борьба с ботинками. И вот
наступает страшный момент — рубашка. Наверное, легче вырыть яму
глубиной в три человеческих роста,
чем застегнуть верхнюю пуговицу
негнущимися после сна пальцами. На
этом этапе одевания я уже начинаю
тихонько скрежетать зубами в бессильной ярости.
Но это все еще цветы по сравнению
с галстуком. Раз десять я завязываю и снова распускаю узел, который
сбивается то влево, то вправо,
то вообще принимает вид свернутой в безобразный клубок тряпки.
В конце концов я все-таки умудряюсь завязать узел, но так сильно
затягиваю его, что, полузадушенный, с
мученическим воплем падаю в кресло. Потом я с новыми силами
поднимаюсь и пытаюсь приколоть галстучную булавку. Пару раз оцарапав
грудь, мне удается не только прикрепить ее, но и заставить придерживать
галстук.
Плотный воротничок рубашки и
галстук объединяются в своих усилиях задушить меня. С каким
наслаждением я бы вытащил этих убийц на
улицу и растоптал бы ногами. Но окружающие, боюсь, приняли бы меня
за сумасшедшего и отправили бы в
лечебницу.
Так... теперь жилет и пиджак... Боже! Сколько пуговиц! И карманов —
для сигарет, для ручек, для спичек.
Много — и почти все бесполезные.
Ну вот, я одет...
Проделав все это, в конце пытки
(иначе процесс одевания не назовешь) я получаю возможность выйти
на улицу и не быть принятым за ненормального.
Я потерял пятнадцать минут, бесценных минут моей жизни. А ведь за
это время я мог бы сказать пятнадцать слов, съесть пятнадцать яблок
или выкурить сигару. Я мог бы написать короткую статью и получить за
нее деньги.
И если кто-то спросит меня: "Что
полезного вы сделали с 8.45 до 9.00
утра?"—мне придется глубоко вздохнуть и ответить: "Увы, сэр, я одевался".
источник: Юмор из СССР