20 лет назад вышел альбом Дельфина “Плавники”, во многом ставший переходным для артиста. Вместо продолжения “Глубины резкости” музыкант выдал альбом, не вписывающийся в какие-либо рамки, и прекрасно передающий то ощущение растерянности человека, стоящего на рубеже нового тысячелетия.
Характерно, что “Плавники” вышли практически одновременно с мультижанровым и экспериментальным альбомом Radiohead “Kid A”, который окончательно закрепил за британской группой культовый статус. Разумеется, любые параллели всегда хромают, но просто сравните “National Anthem” и “Цаплю” — практически та же структура композиции, та же наркотическая эйфория, и тот же управляемый хаос. На протяжении всей песни Дельфин, словно мантру, повторяет четыре простые строчки, временами меняя их местами. В финале же “Цапли” нас ждет феерическое соло на гитаре — будто бы от человека, впервые взявшего ее в руки.
Разумеется, Дельфин не пытался угнаться за Radiohead — “Плавники” на самом деле были записаны гораздо раньше. Если Radiohead сознательно деконструировали свои песни, разочаровавшись в традиционной гитарной музыке, то незаконченность треков на “Плавниках” вовсе не кажущаяся и легко объясняется тем, что альбом был записан всего за 2 недели в 1998 году. “Просто были такие обстоятельства, что нам нужно было это успеть сделать за две недели. У нас были строгие рамки, поэтому не было времени для того, чтобы глубоко продумывать форму и содержание. Всё происходило очень быстро. Один день мы всё записывали, на следующий — резали, на следующий — собирали из кусков, прописывали голос. Всё происходило очень спонтанно”, — говорил Дельфин о “Плавниках” в интервью журналу Fuzz. В результате у Лысикова получились обрывочные и схематичные треки, в которых были использованы уже написанные или недописанные стихи. В кои-то веки Дельфин на своем альбоме довольно скуп на слова — на “Плавниках” множество длинных вступлений, инструментальных “титров” и повторяющихся фраз.
Дельфин образца конца 90-х был компромиссным объектом обожания как для модной интеллигенции, так и для тех, кого ее представители презрительно называли “гопниками” — возможно, даже Летов с Шевчуком не объединяли тогда столь разных людей. Однако с выходом экспериментальных “Плавников” Дельфин, очевидным образом, перестал быть консенсусной фигурой. Собственно говоря, для многих Лысиков закончился на альбоме “Глубина резкости”, который сейчас кажется абсолютным продуктом 90-х годов, в отличие от тех же “Плавников”.
Как ни странно, Дельфин работал над “Глубиной резкости” и “Плавниками” практически одновременно в 1998 году, одновременно записывая с Виктором Мутантом “Серый альбом”, который официально так и не вышел в свет. Парадоксальным образом, на столь мощный творческий подъем музыканта явно вдохновил кризис, о чем свидетельствует депрессивно-суицидальная лирика о смерти и наркотиках. На “Плавниках” Дельфин напрямую не говорит о запрещенных веществах, но несложно догадаться, что на написание некоторых треков Дельфина вдохновили соответствующие проблемы — это слышно в полном жалости к себе “Кране”, или же в “Решениях”, где наркозависимый человек цитирует Карлоса Кастанеду, будто бы обещая самому себе навсегда завязать.
На “Плавниках” Дельфин совершил если и не коммерческий суицид, то во всяком случае попытался максимально дистанцироваться от поп-мейнстрима, частью которого он успел стать. Жанровая принадлежность альбома совершенно не поддается определению — артист лихо смешал хип-хоповые биты, пост-панк по заветам The Cure, шугейз, психоделию и альтернативный рок. Тем не менее, на волне бешеного успеха песен “Я буду жить” и “Любовь” в горячую ротацию русского MTV попал психоделический клип на песню “Радиоволна” — совершенно неформатную даже по меркам той эпохи.
Для независимой музыки рубежа 90-х и 00-х во многом был характерен скептицизм в отношении традиционной песенной формы и гитарного звучания, и это настроение отчасти отразилось на “Плавниках”, все недостатки и несовершенства которого в лучшие моменты оборачиваются достоинствами. Как выяснилось, недосказанность порой в чем-то лучше многословия, необязательные эксперименты могут вылиться во что-то значительное, а кризис — стать невероятно плодотворным. На протяжении всего альбома не покидает ощущение растерянности или даже страха перед чем-то новым и неведомым — и символично, что “Плавники” вышли именно в пограничном 2000 году, а их запись была прекращена сразу после того, как у Дельфина родилась дочь.