8 января Фабрицио Микколи дали наказание в виде 3,5 лет тюрьмы. На данный момент итальянскому футболисту 40 лет. Из футбольной карьеры Микколи ушел около 4 лет назад. Спортсмен играл за клубы, которые находятся в Серии А, «Ювентус», «Лече» и «Фиорентина». Суд длится с 2017 года. В течение этих лет апелляция Микколи была отменена, поэтому теперь ему предстоит выполнить наказание.
За что футболиста осудили?
С сыном босса сицилийской мафии Микколи познакомился во время пребывания в клубе «Палермо» - Майро Лауричеллой. Именно там основывался синдикат «Коза Ностра». Фотографии с Лауричеллой в Интернете полным полно. Но сам нападающий говорил о том, что не знал об отце Майро, а в суде скрывал факт дружбы с «сыном бандита».
В 2011 году Миколли попросил Лауричеллу помочь его знакомым. Нужны было помочь вернуть 12 тысяч евро физиотерапевту «Палермо» - Гаспарини. Эти деньги задолжал ему предприниматель Граффаньини. Физиотерапевту были доставлены его 12 тысяч, а еще 8 тысяч евро люди Лауричеллы взяли у бизнесмена в качестве платы за работу. Лауричелла был приговорен сперва к 1 году, а потом — к 7, за жестокое обращение с бизнесменом.
Прослушка телефона — важное обстоятельство дела
Изначально против Микколи не было никаких обвинений. Но судья пересмотрел сведения о расследовании и вынес обвинения футболисту. Телефон Микколи был на прослушке, и судью очень смутила фраза Микколи: «Фальконе был грязью».
Фальконе — следователь, который вел дело по «Коза Ностре» в 80-ые. Переубедив других мафиози Италии, он заполучил их на свою сторону в качестве свидетелей. Тем самым, в те года было арестовано и осуждено около 360 мафий.в 1992 году Фальконе убили — подожгли машину, в которой он был с женой и телохранителями.
Выплывшая наружу фраза Микколи произвела в обществе большой скандал. Это при том, что сам футболист когда-то выступал в матчах в память о следователе. По словам спортсмена, эта фраза до сих пор не дает ему покоя.
Адвокат футболиста собирается снова подать на апелляцию. Его комментарий:
«Мы обратимся в Кассационный суд, будучи уверенными, что по крайней мере в Риме мы найдем судью, свободного от внешних воздействий».