Убийство иранского военного командира Кассема Солеймани в результате авиаудара США на прошлой неделе стало свидетельством смертоносной мощи современных беспилотных летательных аппаратов. Но, аналитики утверждают, что, хотя Китай и наращивает свой собственный флот беспилотных летательных аппаратов, маловероятно, что он когда-либо будет использовать их для такой же дерзкой миссии, как та, что совершили Соединенные Штаты.
Убийство иранского военного командира Кассема Солеймани в Ираке продемонстрировало все возрастающую роль беспилотных летательных аппаратов в современной войне. Во время операции в прошлую пятницу американский истребитель MQ-9 Reaper, управляемый дистанционно, идентифицировал и заблокировал конвой Солеймани в районе Багдадского аэропорта. Он выпустил, по меньшей мере, две ракеты по двум машинам, убив всех находящихся внутри них людей. Хотя убийство Солеймани, вероятно, является самой громкой миссией беспилотника на сегодняшний день, он также был задействован в авиаударе в Ракке, Сирия, в 2015-м году, когда был убит террорист Исламского государства Мохаммед Эмвази, или «Джихади Джон», как его окрестила пресса.
Представленный американским военным еще в 2007-м году, беспилотный стелс-беспилотник long-endurance был способен нести до четырех ракет AGM-114 Hellfire и другие бомбы, а также мог летать до 14 часов на крейсерской скорости более 300 км/ч. Он пилотировался двумя операторами с наземной станции на расстоянии до 1850 км.
Однако не все беспилотные миссии Соединенных Штатов были столь успешными. В июне прошлого года наблюдательный БПЛА RQ-4A Global Hawk был сбит над Ормузским проливом иранской зенитной ракетой, в то время как несколько БПЛА MQ-9 Reaper были сбиты в последние годы поддерживаемой Ираном военной группировкой хуситов в Йемене.
США также не одиноки в своем развитии беспилотных летательных аппаратов военного класса. Народно-освободительная армия Китая (НОАК) имеет в своем распоряжении не менее мощные машины, хотя еще не использовала их в столь громкой и смертоносной миссии. Военный комментатор Ни Лексионг сказал, что роль беспилотников в бою будет только увеличиваться. «В будущей войне будет задействовано больше технологий и меньше людей», – сказал он, – «Превосходство в воздухе – это ключ к победе, поэтому беспилотники будут играть очень важную роль». С ним согласился военный комментатор из Пекина Чжоу Чэньминь: – «Беспилотники тихие, летают на малой высоте и их трудно обнаружить. Поэтому предотвратить атаку беспилотника сложно и дорого».
Хотя Китай и имеет беспилотники, способные выполнять миссии, подобные той, в результате которой был убит Солеймани, Чжоу сказал, что Пекин вряд ли рискнет нарушить международное право, используя БПЛА для убийства иностранного лидера. «Я не вижу, чтобы китайское руководство решило использовать подобный метод», – сказал он, – «НОАК скорее склонна быть более осторожной и осмотрительной».
Во время парада Национального дня Китая в октябре НОАК продемонстрировала несколько беспилотных летательных аппаратов, включая сверхзвуковой шпионский беспилотник DR-8, стелс-боевой беспилотник GJ-11 с летающим крылом и разведывательно-ударный беспилотник GJ-2. В настоящее время разрабатывается несколько новых китайских беспилотных летательных аппаратов, а несколько других типов находятся на вооружении иностранных вооруженных сил. По состоянию на начало 2017-го года, например, разведывательные и ударные беспилотники CH-4 и CH-5 были проданы более чем в 10 странах Центральной Азии и Ближнего Востока. Китай вышел с контрактом на поставку в эти страны более, чем 200 единиц БПЛА каждый год. А в 2018-м году Китай завершил свою самую большую в истории продажу партии БПЛА, когда Пакистан договорился о покупке 48 беспилотников GJ-2 под их экспортным названием Wing Loong II.
Лю Чжэнь