Приветствую вас, дорогие читатели!
Предлагаю отвлечь ваше внимание подборкой забавных историй с участием известных деятелей культуры.
* * *
Однажды, выступая в Министерстве культуры перед членами коллегии, среди которых был Борис Ливанов, министр Фурцева развивала свою любимую идею об организации повсюду, где только возможно, «художественной самодеятельности» и договорилась до того, что, по ее мнению, «самодеятельность должна скоро вытеснить профессиональное искусство».
— Борис Николаевич, — прервав речь, обратилась она к Ливанову. — Я вижу, вы что-то рисуете в блокноте и меня не слушаете? Вы что, со мной не согласны?
— Я слушаю, — ответил Ливанов. — Вы радуетесь тому, что профессиональное искусство скоро исчезнет, а я — профессионал. Вот вы бы, Екатерина Алексеевна, стали пользоваться услугами самодеятельного гинеколога?
Обсуждение закончилось гомерическим хохотом всех присутствующих.
* * *
Театр "Современник". Спектакль "Декабристы". В роли Николая I — Олег Ефремов. По ходу спектакля он должен сказать реплику: "Я в ответе за все и за всех", но оговаривается и произносит: "Я в ответе за все и за свет".
Его партнер — незабвенный Евгений Евстигнеев тут же подхватывает: "Ну, тогда уж и за воду, и за газ, Ваше величество".
* * *
Однажды на время киноэкспедиции Ивана Рыжова и Василия Шукшина поселили в один гостиничный номер. Трудно представить более разных людей! Рыжов выглядел гораздо старше своих пятидесяти лет. Маленький и полный, говорливый и веселый, он был само почтение и обращался со всеми только на "вы". Шукшин переживал "возраст Христа". Высокий и жилистый, молчаливый и мрачный, он сходился с людьми трудно и предпочитал говорить им "ты".
- Давай-ка, отец, - выдавил он улыбку и поставил на стол бутылку, - за-ради знакомства...
- Не пью-с, - почему-то вырвалось у Рыжова старомодное "с", и тут же он виновато защебетал в свое оправдание, дескать, были и мы... ха-ха...
- Кури! - уже суровее пригласил к общению Шукшин и чиркнул спичкой.
- Не курю-с, - опять выскочило у Рыжова, и он снова "зачирикал"...
Глаза Шукшина презрительно сузились. Он пожевал папиросу, налил себе, выпил и многозначительно крякнул: баба, мол, ты, а не мужик!
Рыжов заботливо предложил ему закуску.
- Пошел ты!.. - бросил тот, как выругался, и хлопнул дверью.
Наступил вечер. Рыжов уже спал, вернее, делал вид. Вернулся Шукшин и внимательно посмотрел на стоящие рядом пакет молока и початую им днем бутылку, перевел взгляд на румяного соседа и скривился.
- Интеллигент! - процедил он сквозь зубы и сплюнул. - Тоже мне... Кадочников!
Потом Шукшин часто обзывал Рыжова интеллигентом и произносил это с отвращением, вроде "тунеядец" или еще похлеще...
Однажды он застал напарника в номере, когда тот благостно поглощал кефир, и опять наградил его кличкой.
- Какой я тебе интеллигент?! - сразу на "ты" взорвался Рыжов. - Я родился в деревне!
Шукшин опешил, но как петух, принял бойцовскую стойку.
- А лошадь сможешь запрячь?
- Да уж не хуже тебя, - в гневе продолжал Рыжов, - тоже мне... крестьянин!
- А ну, докажи, - подхлестнул Шукшин. - Я - лошадь, запрягай!
Рыжов сходу включился в игру. Он по-деловому согнул обидчика и принялся снаряжать его воображаемой сбруей. Седелка, подпруга, хомут, дуга быстро заняли свое место. Рыжов стал затягивать супонь да так вошел в раж, что когда "лошадь" покачнулась, круто осадил:
- Тпру, Васька, стоять! - и по инерции употребил пару "ласковых"...
Шукшин поперхнулся от неожиданности, но замер как вкопанный. А конюх пристегнул вожжи, хлопнул ими и послал:
- Но, но, Васька!
Шукшин чуть замешкался и сразу получил удар под зад:
- Пошел, глухая тетеря!
Шукшин рухнул на кровать и зашелся от смеха. Рыжов смотрел на него, как на чокнутого. После этого случая они подружились.
* * *
Эйнштейн однажды написал Чарли Чаплину:
- Ваш фильм "Золотая лихорадка" понятен во всем мире, и Вы непременно станете великим человеком.
На что Чаплин ответил:
- Я Вами восхищаюсь еще больше. Вашу теорию относительности никто в мире не понимает, а Вы все-таки стали великим человеком.
* * *
Встреча со зрителями Василия Ливанова в правоохранительном учреждении.
— Скажите, товарищ Ливанов, — последовал вопрос из зала, — вот вы семь лет снимались в роли Шерлока Холмса. А могли бы вы сейчас раскрыть какое-нибудь преступление?
— Знаете, — ответил Ливанов, — артист Игорь Кваша сыграл роль Карла Маркса. Я не думаю, что сегодня он пишет продолжение «Капитала».
* * *
В продолжение рубрики читайте анекдоты про Шерлока Холмса и доктора Ватсона.
Благодарю за внимание!
Делитесь своими впечатлениями в комментариях и подписывайтесь на мой канал!