Вторая супруга Якова Свердлова, известного революционера-большевика, Клавдия Новгородцева, пылкого романа или страстных ухаживаний от известного политика так и не дождалась.
Да и какие там влюбленности, считал Свердлов, когда нужно удержать добытую революционным путем власть в своих руках и строить планы на мировое революционное пожарище. Ну а супруга пусть рожает детей, следит за порядком во время сходок большевиков у них на квартире и выполняет обязанности верной соратницы.
Да, не завидую я участи тогдашних жен революционеров, - ни любви, ни романтики, да еще и на сторону поглядывали, как некогда Владимир Ильич при Надежде Константиновне Крупской.
А вот важную документацию вести и хранить тайны всей партии – это всегда, пожалуйста. Вот и Клавдии Тимофеевне Свердлов и его соратники поручили самое ценное из материального резерва партии, так называемый «алмазный фонд».
Это были бриллианты и прочие драгоценные камни, которые извлекались из роскошных украшений, изъятых большевиками у царской семьи и представителей знатных семей России.
Конечно, запасы, хранившиеся у супруги Якова Свердлова, были мизерной чкаплей из числа проданного и растасканного по рукам добра – императорских, княжеских, графских сокровищ. Наступил тревожный период 1919-1920-го годов, когда партийцы-революционеры всерьез опасались, что могут выпустить из рук узду правления в Советах.
На случай военного конфликта или возможного бегства за границу было решено организовать этакий «тревожный резерв» из дорогих бриллиантов. Которые, в случае чего, можно было продать и обеспечить партийной верхушке комфортную жизнь и дальнейшую деятельность всей организации. Где именно должен был находиться неприкосновенный запас, не ведал никто, кроме представителей Политбюро.
Именно в квартире Якова Свердлова, в его рабочем кабинете и даже на небольшой кухне собирались руководители партийных ячеек, решая важные вопросы Отечества.
Преданной большевичке Клавдии Новгородцевой выпала честь не только стать сразу же помощницей мужа, родить ему двоих детей, но и работать в секретариате Центрального Комитета партии. Кстати, она неоднократно подвергалась многочисленным арестам и ссылкам в глубинки России.
Во время последней ссылки в Тобольскую губернию судьба свела ее с Яковом Михайловичем. Но вернусь к 1920-м годам, когда, по одной из версий, приличная россыпь драгоценных камней бережно хранилась то ли в сейфе, то ли в письменном столе Свердловых.
Сохранить тайну алмазного резерва удалось лишь на несколько лет. Как-то раз уже подросший сын супругов, Андрей Свердлов, спросил у матери, почему один из ящиков ее большого письменного стола всегда заперт.
И при нем Клавдия Тимофеевна никогда не вынимала ключа. На что матушка лишь сердито отмахнулась, мол, не лезь не в свое дело. Но любопытный подросток дождался, пока мать отлучилась по делам, и смог открыть нехитрый тайник. Как вспоминал Андрей Яковлевич, он увидел немалую горку поддельных каменьев, переливающихся в лучах солнца. Юноша и подумать не мог, что родители хранят дома настоящие сокровища, а не подделку.
Когда «буржуев» сначала обыскивали, а потом изымали у них все мало-мальски значимые ценности, награбленное свозили сначала в особое хранилище ВЧК, чтобы оттуда поместить золото и каменья в Государственное хранилище. Но заведующие Гохраном были падки на украшения и, конечно, прибирали к рукам все приглянувшиеся ювелирные красоты. Только малая часть изъятого оседала в казне большевиков.
Так, супруга одного чекиста появлялась в обществе с изысканной царской застежкой в виде платинового аграфа с яркой бирюзой и прозрачными бриллиантами. Настоящий шедевр из императорских закромов.
На вопросы любопытствующих, откуда у простой советской женщины на ситцевом платье взялся бриллиантовый аграф, гражданка с гордостью отвечала, что брошь ей подарил любимый муж. Вот такие ювелирные истории времен строящегося социализма.
Если вам понравилась статья, ставьте лайк и подписывайтесь на канал"Ювелирные истории"