Осень покрывала золотистым пледом территорию психбольницы №5, одной из самых старых и имеющую живую и длинную историю из тысяч больных душ. Пират смотрел из окна на незамысловатый танец листьев, наслаждаясь этой безмятежностью и представляя, как был бы прекрасен мир, если бы в нём не было решёток, одна из которых разбивала чёрными линиями пейзаж за окном. Он, быть может, и хотел бы дотронуться до стекла, чтобы стать чуточку ближе к осени, так полюбившейся ему с детства, но смирительная рубашка крепко удерживала его руки.
Пират отошёл от окна и внимательно всмотрелся в дверь: металлическая, такую не выбьешь ногой, но можно разбить об неё голову. Хорошая идея, но это потом, сейчас ему нужно прожить ещё совсем немного. Чуть-чуть, самую малость, чтобы выполнить своё предназначение, а там можно и отчаливать к духам.
Прозвище своё Пират получил не на пустом месте. Как-то, когда он был ещё слепым и не видящим мир священный, открытый не всем, он отдыхал дома после рабочего дня. Домой вернулась жена и традиционно принялась отчитывать мужа за все грехи, совершённые и грядущие. Эту женщину не устраивало абсолютно всё: зарплата Харитона, район города, который, по её мнению, был недостаточно престижным, и ей было стыдно за это перед подругами, многие из которых жили в новостройках с ремонтом, превосходящим в стоимости сами квадратные метры.
Как раз в этот вечер, пока вечно недовольная супруга что-то готовила на кухне, проклиная дешевизну ингредиентов, Харитон наслаждался водой и очищением, которое она ему дарила в ванной. Он чувствовал себя отдыхающим в горячем источнике где-нибудь в кратере вулкана, казалось, что потолок превращается в небо, а в журчании воды ему слышалось пение самых фантастических птиц, неизвестных науке. И тут, в этом самом звуке водопада, он услышал вопрос:
- Ты хочешь познать священный мир и стать приспешником рая?
- Что? - Удивлённо спросил Харитон. Никогда прежде он не слышал такого ясного шёпота. Нет, это не жена, в этом он был убеждён.
Голос повторил свой вопрос, и Харитон ответил, что да, хочет, очень хочет, он просто вожделеет от желания. Мужчина привстал в ванной и выключил воду, чтобы наверняка расслышать голос, задолжавший ему ответ. И ответ последовал, но спустя очень короткий промежуток времени:
- Принеси жертву, что для тебя самое дорогое?
Молодой психиатр, Виктор, переступил порог больницы и сразу потянулся к выключателю, но, нажав на кнопку, он ничего не добился, свет нигде так и не включился. Электричества не было, хотя в подвале больницы был свой генератор, и только на случай его неисправности здание было подключено к общей линии электропередачи.
Включив фонарик на телефоне, Виктор направился в подвал. В холодном свете, издаваемом единственным светодиодом небольшого смартфона, коридоры выглядели ещё более зловещими, чем обычно. Каталки с хирургического отделения казались давно забытыми и оставленными на волю коррозии и времени. Сердце у врача застучало быстрее, когда из темноты послышался удар двери о косяк. Что это могло быть? Возможно, кто-то из персонала тоже пытается найти причину отсутствия электричества?
Медленными шагами молодой врач спустился в подвал, где из темноты до него донеслось еле заметное всхлипывание. Неужели он - ещё толком не успевший начать свою карьеру врач - настолько приблизился к миру своих пациентов, что сошёл с ума? Или там действительно кто-то спрятался? Но зачем? «Наверное, это кошка», - прошептал себе Виктор, даже не осознавая, как нелепо это прозвучало.
Виктор остановился, вглядываясь в темноту, слегка разгоняемую слабым светом фонарика. Почему он так боится туда спуститься? В медицинском университете он окончательно уверился, что призраков и прочей нечисти не существует. Его нога сдвинулась, но так и не решилась на шаг, прямо как в детстве, когда нужно спуститься в подвал. Ты открываешь дверь, смотришь в неприветливую тьму. Тебе кажется, что там таится что-то невиданное и зловещее, сидит где-то в углу и, истекая слюной, ждёт, подобно пауку, выжидающему неосторожную муху. И ты стараешься как можно быстрее вернуться оттуда – вот и Виктор хотел сбежать, так и не ступив туда.
Доктор направил холодный свет фонарика в сторону, откуда доносились эти всхлипывания, и убедился, что это не кошка, а девушка, прислонившаяся спиной к выключенному генератору. Халат на ней был весь в крови, как и ладони, скрывающие её лицо. Казалось, что даже сердце Виктора от испуга на несколько мгновений замерло, но потом вновь забилось, разгоняя по венам кровь с новой силой.
Смартфон рухнул на холодный пол из рук молодого доктора и лучом, устремившимся вверх, ослепил его, отчего врач оступился и рухнул прямо на пол, сильно ударившись головой.
- Кто здесь? - Послышался голос вместо всхлипываний.
- Почему вы здесь? - Ответил вопросом на вопрос, Виктор.
Ответа не последовало, и он встал, держась за затылок. Во рту отчётливо проступил вкус железа. Наверное, прикусил язык, или это действительно, галлюцинации. Дрожащей рукой он
взял телефон и посветил на девушку поднявшую лицо. Стоило ему посмотреть на неё, как тело парализовало от ужаса, а крик вырвался из груди сам собой, не сумев более держаться внутри.
Вода в ванной окрасилась в красный, а Харитон ревел от боли, прямо как подстреленный медведь. Из его правой глазницы хлестала кровь, а во рту смешались вкусы крови и сырого мяса, если глаз можно считать мясом. Голос попросил в жертву глаз, как самое дорогое для Харитона, и он, не колеблясь, воткнул два пальца в глазницу и вырвал его, а потом бросил в рот. Таковы были условия его собеседника: съесть собственный глаз, и тогда ему откроется священный мир, доступный лишь избранным. В дверь кто-то начал истошно стучать - жена испугалась этого нечеловеческого вопля, но Харитон заверил её, что всё в порядке, просто ударился...
Тёмный силуэт с рогами стоял над ним и рассказывал, в какой блаженный мир попадёт Харитон после смерти, а ещё добавил, что астральное видение через сутки закроется, и чтобы снова его открыть, нужно съесть глаз другого человека. Харитон слушал в священном экстазе, представляя себя наместником Дьявола на земле, он почувствовал себя важным, избранным, совершенно не тем пустым местом, которое сегодня возвращалось домой с работы. Когда Харитон вышел из ванной с ватным тампоном вместо глаза, супруга вызвала скорую помощь, но пока врачи ехали, он лишил и её одного глаза...
В больнице одна из добрых санитарок подарила ему чёрную повязку, которую он тут же примерил и решил, что она ему очень идёт. С тех пор среди больных и здоровых его окрестили Пиратом.
Окровавленное лицо девушки, освещённое лишь тусклым светом встроенного в смартфон фонарика, смотрело на Виктора пустыми глазницами. Веки словно провалились внутрь. Молодого врача трясло настолько, что он сел, боясь упасть и выронить телефон. Его губы вроде слегка и разомкнулись, чтобы сказать хоть что-нибудь, но он не смог, просто не смог, голосовые связки отказались воспроизводить хоть что-то, их слишком вымотал крик.
- Почему здесь так темно? - Прошептала девушка, озираясь по сторонам в надежде выхватить хоть клочок света.
- Эй, вы? Включите свет, пожалуйста, иначе он вернётся за мной! Пожалуйста, умоляю вас! - Продолжала она, но Виктор молчал, не в силах говорить. К горлу подступил ком, а мир вокруг закрутился, как будто кто-то усадил его на зловещую карусель. Жёлтой струёй желчь брызнула изо рта молодого врача, и вроде как, ему полегчало. Что-то в жёлтом пятне, освещённом фонарём, зашевелилось... Таракан выполз из лужи желчи и куда-то побежал, и от этого зрелища Виктора вырвало снова...
- Пойдёмте со мной, я вас провожу в безопасное место. Я вижу в темноте, - соврал Виктор девушке, и она крепко сжала протянутую ей ладонь.
Врач кожей ощутил липкую и пока тёплую кровь на пальцах девушки, но постарался быть мужчиной и держать себя в руках, не позволяя страху взять верх над собой. Как он читал в учебнике по психологии - всё дело в дыхании, главное ровно дышать, чтобы мозг думал, что всё в порядке. Он вёл её в свой кабинет, где были все необходимые лекарства.
Виктор ступил на лестницу, девушка шла вслед за ним, держа его руку, всё ещё уверенная, что тут просто очень темно. «Насколько жестоко сказать ей, что здесь есть свет, это у неё нет глаз?» - Подумал Виктор, но сразу отбросил эти мысли. Сейчас нужно думать о более важных вещах. Всё по порядку. Главное, чтобы во всём был порядок - так учил его отец.
Где-то сверху послышались душераздирающий вопль и удары. Звуки борьбы, словно кто-то отчаянно защищал свою жизнь от страшного зверя, но в этих стенах такие звуки бывают слишком часто - всё-таки и пациенты здесь лежат не самые адекватные.
В луже крови лежал молодой парень в белом халате. Практикант, ещё не закончивший интернатуру и неудачно попавший на дежурство. Казалось, что он мёртв, но грудь почти незаметно то поднималась, то опускалась. Оба глаза медбрата были вырваны, а из левой глазницы торчал кусочек нерва, некогда удерживающего глаз. Пират медленно удалялся в темноту, удерживая в руках провода, вырванные из распределительной коробки. Его шаги отдавались хлюпаньем по коридору, ведь он по колено был в крови. И не в своей. Вглядываясь единственным глазом во тьму, он бубнил себе под нос: «Скоро я буду в раю... Чем больше жертв, тем больше рай...»
Издали послышался тоненький женский голос:
- Мы пришли? - Услышав это, Пират остановился, затаив дыханье. Он выпрямился и задрал голову вверх, внюхиваясь в воздух, подобно гиене на охоте. Сердце колотилось от азарта, ведь на кону стояли блаженства рая. Звуки пропали, но как только он решил сдвинуться с места, послышался второй голос, и, кажется, он его узнал...
- Нам сюда, - сказал Виктор девушке, усаживая её на кушетку в своём кабинете.
Девушка сидела молча, только время от времени всхлипывала и что-то бормотала себе под нос. Виктор, тем временем, зажёг свечу. Отреагировав на звук, девушка спросила:
- Что это?
- Я хотел зажечь свечу, но зажигалка не работает, придётся нам какое-то время посидеть в темноте, - говорил Виктор нарочито спокойным голосом, стараясь ровно дышать, вспоминая строчки о дыхании и спокойствии из той самой книги.
Огонёк осветил небольшой кабинет и пылинки, летающие в воздухе. Он только прибавлял возраста старым бумагам на столе. Где-то на стенах пятнами виднелся лунный холодный свет, а
в углу кабинета что-то шуршало.
Луна отразилась от пошатнувшейся чаши весов статуи Фемиды, древнегреческой богини правосудия. Рука доктора схватила статую за талию, и он направился в сторону шороха.
- Что там? - Снова послышался голос девушки.
- Наверное, мыши, - вполголоса ответил Виктор.
Звук доносился из шкафа. Распахнув его, молодой человек увидел тараканов в остатках его еды. Там же была аптечка первой помощи.
Зарядив в шприц прозрачную жидкость из колбы, он попросил девушку закатать рукав, объяснив это тем, что она ранена, а это вакцина от бешенства. Он чуть сам не посмеялся над нелепостью сказанного, но эффект был достигнут - девушка выполнила просьбу, а Виктор вколол ей успокоительное. Только оказавшись так близко к ней, он заметил на её груди бейдж: «Екатерина Насонова, медсестра».
- Не шуми, хорошо? Мне нужно позвонить, - сказал он ей, а она кивнула вместо ответа.
- Алло, вы меня слышите? У нас чп в больнице №5, есть раненые, со мной девушка, жива, у неё вырваны глаза, - совершенно забыв о сидящей в кабинете медсестре, протараторил в трубку доктор.
- Что? У меня нет... Господи! – Вскрикнула Екатерина и схватилась руками за лицо. Её тонкие пальцы пытались нащупать глаза, но вместо этого они просто проваливались в пустые глазницы.
- Господи... - Крик повторился совсем близко. Внюхиваясь в воздух и, подобно змее, слегка высунув язык, Пират направился на звук. Он ступал осторожно, бесшумно, совсем как леопард, выслеживающий антилопу. Его разум опьянел от вкуса человеческой плоти, и всё, чего он желал, - это добавки. Подавшись вперёд, он шёл по коридору, вслушиваясь в женские крики. Интересно, почему она кричит?
- Почему ты молчал? - Предательски громко прокричала медсестра Виктору.
- Тише, мы вернём тебе зрение, обеща...
- Его нельзя вернуть! - Перебила она его. - Он мне вырвал глаза, так ведь?
- Тихо! - не выдержав, вскрикнул он, и девушка замолчала, а потом повернулась в сторону двери.
- Кто там?.. - Прошептала она.
Машина прыгала по кочкам, а из рации временами доносились голоса. Человек в форме снял рацию с крепления на груди:
- Наряд номер четыре, подъезжаем к больнице.
- Как думаешь, что там у этих психов случилось? - Спросил водитель, попутно стараясь объезжать многочисленные ямы на дороге.
- Да наверняка кто-то стащил телефон и балуется. Представляешь, глаза у кого-то вырвали! По-любому каких-нибудь ужасов насмотрелись и прикалываются, - ответил человек с рацией.
Машина остановилась, и из неё вышли двое полицейских. Сзади УАЗика затормозил микроавтобус с ОМОНом. Все ждали приказа.
- Зловещенько тут, - сказал водитель, доставая сигарету.
- А ты как хотел? - Ответил мужчина с рацией и, поправляя фуражку, зашёл на территорию.
На воротах висел замок, а значит, их, на самом деле, никто не ждал. Вход в больницу находился метрах в ста от ворот, а вела к нему старая протоптанная тропинка. Полицейский направился по этой дорожке, а водитель поспешил за ним.
- Ждите приказа, - сказал в рацию полицейский.
- Тихо тут как-то... - Послышался голос водителя.
Второй полицейский промолчал, удостоив напарника лишь взглядом. На секунду остановившись, он быстро зашагал к главному входу.
Палец нажал на звонок над закрытой дверью, и за ней сразу же послышались шаги. Полицейский с рацией спокойно ждал, пока ему откроют дверь, будучи полностью уверенным, что вызов ложный. Он даже соответствующую бумагу подготовил и уже держал в руках. Напарник же его переминался с ноги на ногу, словно очень сильно хотел в туалет.
Дверь открылась, и из неё вышел высокий широкоплечий человек в белом халате. Старший полицейский машинально прочитал надпись на его бейдже: «Виктор Новгородцев, психиатр».
- Я вас слушаю, - сказал доктор.
- Нам тут вызов поступил, глаза, говорят, кому-то вырывают у вас, - ответил ему с усмешкой старший полицейский.
Водитель замер, что-то в этом человеке, стоявшем перед ним, ему решительно не нравилось. Чёрт его знает, что с ним не так. Повязка на правом глазу, прямо как у пирата...
- Один из пациентов украл мой телефон и позвонил вам, - объяснился врач. - Но я его уже вернул. Прошу прощения за ложный вызов, - закончил он.
- А я тебе говорил? - Сказал старший полицейский, обращаясь к напарнику. - Подпишите вот здесь, - добавил он, протягивая листок на планшете доктору.