24
Жизнь Пожарских начала понемногу налаживаться. Дети росли, Агния пошла в школу, маленькому Артему наняли русскую няню. Лев Александрович стал достойно зарабатывать и через некоторое время сказал дочери, что они могут снять хорошее жилье. Однако Мейерхольд, услышав о таких планах родственников, решительно воспротивился. У него были весьма веские аргументы: будучи очень состоятельным человеком, Аскольд Францевич был одинок. Жена его умерла несколько лет назад, детей они не имели. И он даже пожелал составить завещание в пользу родственников.
Пожарскому было неприятно становиться наследником чужого состояния, тем более втягивать в это собственных детей. Но Мейерхольд оказался непреклонен. Спустя год после их первой встречи Лизанькин дядюшка оформил все соответствующие документы, и семейство Пожарских осталось жить в его доме на законных основаниях.
Постепенно Лев Александрович стал привыкать к новой жизни, к новым людям, к своей новой профессии. Но, как известно, нет в этом мире ничего постоянного. И однажды судьба свела его с человеком, который однажды уже порушил его жизнь.
На одной конференции, проводимой в их университете, его подозвали к небольшой группе людей и представили. Вот тут-то и наткнулся Пожарский на колючие глаза, которые гневно смотрели на него много лет назад в российской дипмиссии. Судя по выражению лица, этот человек нисколько не обрадовался встрече с Пожарским. Но он был хорошим актером, сумел моментально справиться с собой и даже выдавил какое-то подобие улыбки на тонких губах.
- А мы вообще-то знакомы! Здравствуйте-здравствуйте, Лев Александрович! – мужчина протянул руку для рукопожатия. – Как поживаете?
И вдруг в Пожарском все всколыхнулось. Обычно сдержанный, он всегда старался владеть собой. Сейчас же он с удивлением почувствовал, что у него просто зачесались руки – до того захотелось просто развернуться и врезать по этой тонкогубой физиономии. Едва сдержавшись, он сухо кивнул. Руки не подал. Взгляда не отвел. Господин с колючими глазами остался стоять с неловко протянутой рукой. Остальные недоуменно переглянулись.
Враг был обеспечен.
Вскоре Пожарский в этом убедился. Льва Александровича пригласил к себе в кабинет один из его руководителей и там, пряча глаза, завел какой-то странный разговор. Пытаясь вникнуть в его суть, Пожарский запутался окончательно и решил напрямую спросить – в чем, собственно, дело.
Дела, как такового, в принципе, не было. Просто откуда-то сверху… поступил сигнал… Одним словом, господин Пожарский, будьте осторожней, вокруг вас явно происходит что-то нехорошее…
В следующий раз история вышла куда более громкая и некрасивая – Пожарского попытались обвинить в том, что он не дает проходу одной из студенток. Девчонка была глупа, как пробка, но ее родитель был «денежным мешком». Лев Александрович пытался помочь студентке в учебе, потому что просто ЗАСТАВИТЬ ее учиться было невыполнимым заданием. Благое, в общем-то, дело повернули против него.
Доказать невиновность Пожарского было не сложно, тем более, что студентка и сама вдруг встала на защиту своего преподавателя. Все закончилось благополучно. Но… Ложечки, как говорится, нашлись, а осадочек остался.