Война закончилась угрозами новых невиданных санкций и есть повод вспомнить один из иранских элементов борьбы с мировым злом, а именно собственную криптовалютную единицу. Называется она PayMon, утверждается, что обеспечена золотом и призвана помочь в деле обхода Тегераном и его торгово-экономическими партнёрами санкций США.
В создании криптовалюты иранскому правительству помогли четыре банка Исламской Республики — Parsian Bank, Bank Pasargad, Bank Melli Iran и Bank Mellat. В скором времени PayMon должен быть добавлен на местной внебиржевой платформе Fara Bourse.
Новая криптовалюта призвана помочь Ирану обойти санкции США, из-за которых с финансовыми учреждениями страны в ноябре 2018 года под давлением Вашингтона прекратила работать Международная межбанковская система передачи данных (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications, SWIFT).
Следует отметить, что государственные криптовалюты не являются криптовалютами в строгом смысле слова. Они неизбежно требуют управления и структуры контроля. Несколько стран уже годами рассматривают возможность создания цифровых фиатных денег. Однако, у большинства из них просто нет мотивации для того, чтобы воплотить идею в жизнь. В отличие от них, Иран рассматривает блокчейн как средство, которое поможет ему выжить, не жертвую независимостью и «правом» реализовывать программу по созданию ядерного оружия. Если иранский цифровой риал сумеет возродить международную торговлю, то этого уже будет достаточно, чтобы его стоимость возросла. Возникнет спрос на него со стороны компаний, желающих покупать иранские продукты, такие как нефть. Официально, Иран не утверждал, что сразу же после запуска крипто-риал будет использоваться в этом качестве, но Al-Jazeera считает, что это вполне вероятно: «Учитывая многолетние связи Тегерана и Москвы, и тот факт, что обе страны находятся под санкциями США, вполне можно ожидать, что они воспользуются технологией блокчейн, чтобы обойти экономические санкции». Скорее всего, финансовая система на основе блокчейна заинтересует и страны, входящие в состав СНГ.
В настоящее время 1 риал не стоит даже 1 сатоши (0,00000001 BTC) (доллар стоит больше 29 000 сатоши). Минимальный объём биткоина, который можно перемещать на большинстве бирж, составляет 1 сатоши, плюс комиссия за транзакцию, которая, в среднем, составляет 22 цента. Таким образом, биткоин едва ли будет экономически целесообразен в рамках расчётов на основе крипто-риала, по крайней мере, на начальном этапе. Скорее всего, крипто-риал станет работать на собственной сети, поддерживаемой центральным банком. Либо, он будет функционировать на сети Ethereum. Опять же, это может стать источником проблем для разработчиков публичных сетей – аналогично тому, как Silk Road Росса Ульбрихта создал серьёзную PR-проблему для биткоина, закрепив за ним, на долгие годы, репутацию «денег для покупки наркотиков в сети». Прямая цензура (в форме хард-форка) – лишь один из способов решения этой проблемы. Майнеры могут просто внести в чёрный список транзакции этих токенов, сделав их, по сути, бесполезными.
Есть и другая причина рассматривать грядущий иранский крипто-риал настороженно. Криптовалюта, по умолчанию, политически нейтральна. Блокчейн – это система для публичного использования, по определению. Однако, начиная привлекать в эту сферу государства с сомнительной репутацией, мы меняем правила игры. Хуже того, игроками становятся люди с оружием и весьма радикальной идеологией.