Наш отец после школы окончил ПТУ (модельщик по дереву), после этого отучился в физкультурном техникуме (он занимался гимнастикой) и когда уже появились мы с братом, он поступил заочно в педагогический институт. Я помню, как он ездил на сессии и как радостно мы его встречали с братом, когда он возвращался домой. Мы ждали его у калитки, а когда он появлялся с чемоданом из-за поворота, мы бежали со всех ног, чтобы скорее обнять его.
Когда мы повзрослели, отец часто говорил, что больше всего полезного он почерпнул, во время учебы в ПТУ. Он был неплохим мастером, и у него ловко получалось мастерить. Он сделал кое-что из мебели в дом, помогал строить дома и сараи знакомым. Но самое главное то, что он построил наш дом. Он его достроил в тот год, когда я родилась. Меня из роддома принесли уже в новый дом.
Дом был и вправду замечательный — высокий, просторный и светлый. Выстроен он был из бетонита, а углы выложены красным кирпичом. В то время, когда дом еще строился, был куплен шифер для крыши, но одному из его знакомых понадобилась срочно ровно половина от того шифера что дожидался своей очереди у нас во дворе. Сосед уговорил отца одолжить ему недостающего стройматериала, пообещав вернуть ко времени покрытия крыши. Но когда пришло время укладки шифера, оказалось, что в продаже был только розового цвета. Поэтому у нас крыша была сделана словно шахматная доска из черного и бардового шифера.
В то время, наш дом был самым красивым на улице, и, наверное, многие завидовали нашей молодой семье. Все бы хорошо, но зимой почему-то дом плохо прогревался. Топили его углем, так как газопровод еще не дотянули до нашего поселка.
Груба, которая должна быть теплой почему-то не прогревалась. Согреться удавалось только возле плиты. Мама сшила нам телогрейки из драповой ткани на подкладке. И мы с братом наряженные в эти телогрейки бегали по дому друг за другом. Дом был сделан таким образом, что можно было пробегать его по кругу, так как все комнаты были проходными. К счастью мы в те времена не болели, казалось, что низкая температура просто закалила нас.
Не забывайте подписываться на мой канал, чтобы не пропустить новые статьи.
Поддержите канал лайками и комментариями. Это не трудно, а мне будет приятно.
Как отец не пытался исправить положение, ничего ему не удавалось. Каждое лето он приглашал нового печника, чтобы он, определив проблему, помог ее устранить. Печник со знанием дела указывал на просчеты, которые допусти предыдущий мастер и уверял, что после исправления этого дефекта тяга будет отличной, а печка будет греть нормально. Мы с надеждой ожидали, что уж наверняка в эту зиму нам будет теплее. Но ничего не получалось и зимой теплое место снова было только у плиты. Возле нее стояла маленькая скамеечка (которую отец сделал сам), сев на нее можно было прижаться спиной к теплой плите. Это было поистине блаженство.
Так продолжалось 17 лет. Потом мы с братом разъехались, и отец перестал пытаться наладить печку. Через некоторое время у отца был инфаркт, а через пару лет — второй. После третьего инфаркта он не выжил. Брат решил переехать в родительский дом, где осталась одна мама. У него к тому времени уже был маленький сынишка. Конечно, не легко ему было решиться на переезд, из-за холода в доме в зимние месяцы и маленького ребенка.
Но вот чудо. В первую же зиму после смерти отца, плитка начала гореть, как топка на корабле. Уголь быстро разгорался, и было видно, что тяга отличная. Пламя словно пыталось вылететь в трубу. В доме быстро становилось так жарко, что ребенок бегал по дому в коротких штанишках. С тех пор плита спокойно обогревала весь дом, и было не страшно при одной мысли, что скоро наступит зима.
Обдумывая с братом такую резкую перемену, мы пришли к выводу, что это отец с того света исправил то, что ему не удавалось исправить на протяжении 25 лет. Другого объяснения этому мы не нашли.