Заседая однажды в Сенате, Петр Алексеевич, выслушав много дел о казнокрадстве и мздоимстве среди придворных его, так распалился гневом, что подозвал к себе Ягужинского и приказал ему немедленно составить приказ, по которому всякий, кто украдет денег столько, что на них можно будет купить веревку, на этой веревке и должен быть повешен.
Ягужинский, генерал-прокурор Сената и, как говорят, человек честный и неподкупный, за что и был любим Петром, но вместе с тем обаятельный повеса, любивший выпить, взялся уже было за перо, но вдруг остановился.
Петр, все распаляясь, крикнул на него:
- Пиши, что я тебе приказал!
Но Павел Иванович лишь мягко ответил ему:
- Всемилостивейший государь! Неужели ты хочешь остаться императором без подданных? Все мы воруем, с тем только различием, что один более и приметнее, нежели другой.
Петр рассмеялся и остыл. Так этот закон и не был принят.