Найти в Дзене
Заметки учителя

Такие разные отличницы, или как я учила двух золотых медалисток

Сегодня я хочу рассказать своим читателям о двух своих ученицах-отличницах, Ире и Лене, которые учились у меня несколько лет назад. Обе подавали большие надежды и обещали школе повысить статистику по медалям. Правда, это были две совершенно разные отличницы, и отношение к ним в классе со стороны одноклассников было противоположным. Лена была спокойной, всегда готовилась к урокам и не кичилась своими знаниями. У неё всегда можно было списать домашнее задание, она всегда всем помогала на контрольных работах. За это (и не только за это) её любили одноклассники. Ира была нервной и дёрганой девочкой, всегда страшно переживала за свои оценки и стремилась всё сделать без единой ошибки. Любая отметка в её тетради, сделанная красной пастой, вызывала у неё истерику. Сначала мне казалось, что это просто игра на публику, и я не придавала этому значения. Она обладала ещё одним неприятным качеством: всё время состязалась с Леной, старалась её превзойти. Любая ошибка конкурентки вызывала у неё радост

Сегодня я хочу рассказать своим читателям о двух своих ученицах-отличницах, Ире и Лене, которые учились у меня несколько лет назад. Обе подавали большие надежды и обещали школе повысить статистику по медалям. Правда, это были две совершенно разные отличницы, и отношение к ним в классе со стороны одноклассников было противоположным.

Лена была спокойной, всегда готовилась к урокам и не кичилась своими знаниями. У неё всегда можно было списать домашнее задание, она всегда всем помогала на контрольных работах. За это (и не только за это) её любили одноклассники.

Ира была нервной и дёрганой девочкой, всегда страшно переживала за свои оценки и стремилась всё сделать без единой ошибки. Любая отметка в её тетради, сделанная красной пастой, вызывала у неё истерику. Сначала мне казалось, что это просто игра на публику, и я не придавала этому значения. Она обладала ещё одним неприятным качеством: всё время состязалась с Леной, старалась её превзойти. Любая ошибка конкурентки вызывала у неё радость, она стремилась подчеркнуть это публично, выделяя себя на фоне неудачницы Лены. А ещё она сравнивала задания – своии Лены, чтобы оценить равнозначность полученных пятёрок.

-2

Списывать Ира никогда не давала, ссылаясь на то, что сама не знает, как сделать, а потом всё-таки делала и получала свои заслуженные пятёрки. За это её в классе не любили. Она считала себя выше их, делая акцент на том, что им бы только списать, а её – поступать. Если учитель на уроке забывал спросить домашнее задание, все в классе радовались, но свершиться несправедливости не давала Ира: «А почему Вы про домашнее задание не спрашиваете? Я сделала!»

Однажды на уроке произошёл случай, который убедил меня в том, что театральность трагедии из-за малейшей ошибки была вовсе не наигранной, а самой настоящей. Я сидела на уроке английского языка за последней партой и, чтобы скоротать время до следующего урока, проверяла тетради пятиклашек. В классе, где учились обе отличницы, шла проверка домашнего задания. Как оказалось, Ира в этот раз оказалась не на высоте и сделала несколько ошибок. Моя коллега подошла к ней с развёрнутой тетрадью, и Ира, увидев несколько отметок красной партой, закричала: «Это у меня столько ошибок???» Учительница пыталась её успокоить, отвечая, что всё в задании почти правильно, но нужно сделать несколько поправок. Но Ира запаниковала: «Как же я так смогла? Столько ошибок!!! Как я теперь поступать в ВУЗ буду!». Хотя английский язык, насколько я помню, она сдавать не собиралась. И тут же начала биться головой о парту и безутешно рыдать. Растерянная учительница пыталась её успокоить, но Ира всё больше распалялась, тогда ей ничего не оставалось сделать, рявкнуть: «Что за истерика! Ты мне парту сломаешь, кто чинить будет?» Ира опешила, потом стала извиняться из-за парты, но ей больше слова не дали.

Чуть позже я как сторонний наблюдатель Ире говорю: «Не нужно так на ошибки и оценки реагировать, это учебный процесс. К тому же, от ошибок никто не застрахован, бывают промашки. Нервы беречь надо. Четвёрка – тоже замечательная оценка, это же не тройка и не двойка». На что получила ответ: «Тройка, о чём Вы! Я об этом даже думать не желаю! Тройка для моих одноклассников норма, но не для меня. С такими оценками мне не поступить!». Я её тогда насчёт одноклассников тоже предупредила, что нельзя так про них говорить, и вообще ладить с ними надо, но она только отмахнулась.

После этого случая я навела справки про Ирину семью: отец – подполковник полиции, а мама – инспектор по работе с неблагополучными подростками. Видать строили они бедную Иру не по-детски, грозились «привлечь» в случае не поступления на бюджет. Лично их я ни разу не видела. От одноклассников слышала, что как только зубрила-Ира переступает порог, сразу же за уроки садится.

Конец у этой истории хороший: обе девочки окончили школу с золотыми медалями и поступили в ВУЗы на бюджет. Вроде бы итог одинаковый, а цена усилий разная. Отношение людей к ним тоже. Больше я своих учениц не встречала, но вспоминать о них мне не хочется. Но не из-за Лены, как раз ней я хорошо отношусь, а из-за Иры: просто эти девочки – героини одной и той же истории.