"Окно с закрытыми ставнями" - первый рассказ из серии "Мистические истории из жизни Толика и Ромки".
Все, что я описал в рассказе, происходило со мной. Мальчишками мы, естественно, играли в подобные игры, часто лазили по заброшенным домам и прочее. Ну а мистика... это всегда было внутри нас - детская фантазия щедро дорисовывала недостающие элементы игры...
Как ни странно, они затаились не где-нибудь на окраине, а прямо в сердце малого городка, что пригрелся под крылышком у столицы. Там, где железнодорожная ветка рассекает городок пополам, и где узкая и грязная речка, петляя по всему городу, ныряет под насыпь «железки». Улочки с заброшенными деревянными домами - последний оплот старины, чудом сохранившийся, точно резервация среди молодых, дерзких поселенцев - современных многоэтажек. Некоторые из домиков ещё держатся бодрячками, а какие-то совсем скисли: стоят еле-еле, подбоченившись, крыши – набекрень, но вроде как гордые за свою боевую юность и со смыслом прожитую жизнь. А видок, увы, - без слёз не взглянешь. Домики, покинутые людьми, никому не нужные... Хотя, почему это – никому?!
Ещё как нужны! Например, Толику и Ромке!
Среди домиков - соглядатаев, по-видимому, ещё царского режима - мальчишки обожали играть в сталкеров. Там самое место строить из себя бойцов-странников и исследовать загадочную зону, кишмя кишащую чудовищами...
Нашествие мутантов началось, как всегда, неожиданно...
Два «сталкера» выслеживали мерзких тварей. Те наверняка облюбовали укромные уголки среди развалюх и так и ждут, чтобы выпустить ядовитые щупальца, жала или жгутики. Толик и Ромка, оба в резиновых сапогах, с пластиковыми автоматами наизготовку, подкрадывались к дому с заднего двора, через давным-давно одичавший сад. Толик – дёрганно крутя головой, с разинутым ртом и вытаращив глаза, Ромка – с подозрительным прищуром, неспешно оглядывая окрестности. Ребята шлёпали по тягучему болотцу, среди густой, растущей пышными кочками травы. Раздавалось увесистое чавканье, вода пузырилась и булькала. Везде торчали одинокие и неухоженные яблони - дички. Они равнодушно и обречённо рассматривали «сталкеров», уже и не надеясь, что когда-нибудь досыта накормят своими плодами долгожданных хозяев.
Толик остался на «прикрытии» у скособоченного крыльца, а Ромка юркнул во тьму дверного проёма и перебежками стал прочёсывать комнату за комнатой.
Толик вышел к фасаду и принялся изучать обстановку: три окна, два из них, словно раскрытые старческие рты, зияли чернотой, по краям торчали мутные стеклянные зубья, а третье – центральное, наглухо закрыто двумя ставнями и прибитыми невпопад досками. Сам дом почти не покосился, но чувствовалось, что он - старинный. Наличники – с прихотливой резьбой в виде лебедей - весьма необычные и выполненные со вкусом. Хотя и потрепало их время, они разительно отличались от невзрачных узоров на соседних домах.
Толик начал зевать – Ромка как сквозь землю провалился.
Наконец послышался приглушённый, будто со дна глубокого колодца, голос Ромки:
- Чисто!
Толик закинул автомат за спину и поднялся по трухлявым ступенькам.
- Ром, ты где?! – позвал он, замерев на пороге и с выпученными глазами всматриваясь в пыльный полумрак.
- Да здесь я – в чулане!
Толик пробрался через горы рухляди и мусора, едва не поскользнувшись на фанерных щитах.
- Тут есть лаз на чердак, - услышал он за перегородкой уже близкий и звучный голос Ромки. - Полезли?
Чердак оказался завален в основном бумагами. Здесь были старинные журналы, толстые связки газет, горы писем и почтовых открыток, какие-то плакаты, всевозможные брошюры, книжицы, учебники и тетради. Ромка даже нашёл огромную, сильно обшарпанную, всю в грязевых лепешках, карту железных дорог России, изданную, как выяснилось, в конце 19-го века. Музейный раритет!
Из бумажных навалов Толик извлёк ржавую жестяную коробку, протер ее и открыл. Внутри оказалась стопка писем, фотографии и поздравительные открытки. На одной из фотографий была изображена целая семья – возможно, та, что проживала в этом доме. Люди были сняты сидящими за круглым столом во время чаепития. Над столом авторитетно возвышался большущий самовар. Хозяин – усатый мужчина с хитроватым прищуром, в пиджаке и светлой рубахе с узорчатой окантовкой вокруг шеи - протянул одну руку с чашкой к самовару, а другой рукой держался за крантик. Возле мужчины улыбалась сгорбленная старушка, а с другой стороны примостилась, похоже, его жена – дородная дама в изящной шляпке, которая сидела на ней, как на корове седло. Полукругом расселись трое детей: два неприметных мальчика, лет 6-8, и девушка с толстой косой, закрученной на затылке. Девушка была облачена в пышное платье с объемными, словно надутыми наплечниками.
Толик сложил вынутое содержимое обратно в коробку и убрал её в свой рюкзак.
- Ты это зачем? – спросил Ромка.
- Интересно. Родители любят такие старинные штучки. Письма почитать опять же интересно. Всё равно здесь пропадут...
Ромка фыркнул, но промолчал.
Друзья спустились с чердака и вышли на улицу.
Облака плотной тёмно-серой массой заполняли небо - собиралась гроза.
- Я вот всё думаю, - Толик почесал затылок, - почему одно окно до сих пор закрыто ставнями, а у двух остальных их вовсе нет?
- Это мы сейчас мигом поправим, - сказал Ромка и, подобрав увесистый ржавый шест, с немалым усилием замахнулся на ставни.
Откуда ни возьмись, пулей вылетела какая-то старушенция.
От неожиданности Толик попятился, собираясь, по привычке, задать стрекоча. А Ромка спокойно опустил железку, широко улыбнулся и елейным тоном произнёс:
- Здра-асьте!
- Вы чаво тут хулиганите? Я вот вам сейчас задам! – набросилась на мальчишек бабка. – Вы этот дом строили? Чтоб теперичя корёжить!
Находчивый Ромка нисколько не стушевался и спросил:
- Бабушка, а Вы откуда тут взялись? Здесь сроду никого, кроме нас, не бывает.
В бабкиных глазах вспыхнул какой-то недобрый огонёк, но тут же погас.
Толик украдкой потянул Ромку за рукав и прошептал:
- Ром, пошли отсюда, а?
Старуха подняла шест, которым Ромка намеревался сбить ставни, необычайно шустро замахнулась и метнула его через густые заросли сирени в сторону речки. Послышался смачный плеск воды - бульк!
Ромка аж присвистнул, глядя на такое спортивное достижение бабки. А Толик поёжился и ещё больше струхнул. Меж тем, бабка, что-то бормоча себе под нос, пошла прочь и завернула за угол дома.
- В погребе она что ли до того сидела? Или в подполе? - предположил Ромка.
- Ага, в подполе, который завален метровым слоем рухляди... - задумчиво добавил Толик и представил себе картину: бабка, словно могучий Геракл, шутя, приподнимает крышку подпола с сотнями килограммов мусора, лежащего сверху, и резво выскакивает наружу, чтобы задать им, мальчишкам, хорошенькую взбучку...
Толик снова поёжился.
- Да говорю ж тебе: в этом доме есть портал в параллельный мир! А старуха охраняет его! – настаивал Толик, обращаясь к скептически настроенному Ромке. – Ты ведь и сам не можешь объяснить её внезапное появление!
Мальчишки сидели за кухонным столом в квартире у Толика. Ужинали.
- А пошли прямо сейчас – проверим! – вскинулся Ромка.
Толик сделал круглые глаза и перестал жевать.
- А если она нас того... дематериализует? – сказал он, хотя уже и сам не особо верил в то, что во второй раз они повстречают у заброшенного дома эту самую бабку.
Смеркалось.
На старой улочке было безветренно и тихо. Узкая речка, упорно не желавшая превращаться в болото, тихонько журчала.
Вдруг идиллию нарушила электричка - она оглушающе прогрохотала мимо. Светящиеся окна пронеслись хороводом и исчезли за пышно разросшимся ивняком. Уже в отдалении послышался гудок.
Толик и Ромка засели в кустах сирени перед загадочным домом, на чердак которого лазили вчера.
- Нет тут твоей бабки. И портала тоже никакого нет... наверное... – с сомнением в голосе сказал Ромка, рассматривая тёмный силуэт домика.
- Портал-то в доме должен быть!
- А кто его знает, где он должен быть. И должен ли вообще...
Мальчишки немного помолчали.
На улице становилось сыро и прохладно.
Наконец смекалистый Ромка начал рассуждать здраво:
- Толь, а ты помнишь, в какой миг возникла старуха?
Толик почесал лоб.
- Ну-у... когда ты подобрал палку?
- Балда ты! Когда я хотел разбить ею ставни! И я думаю... я думаю... что портал находится там – в окне! – чуть не выкрикнул Ромка и ткнул всей пятерней на закрытые ставни.
Теперь Ромка и вправду поверил, что в доме имеются таинственные врата. И не где-нибудь, а за ставнями! И действуют они только с уличной стороны!
Воодушевленный Ромка включил фонарик, подбежал к ставням и деловито принялся обстукивать их, дергать за петли и совать пальца в щели.
Старуха не заставила себя долго ждать.
А Толик уже заранее напрягся - как чувствовал, что она сейчас нарисуется.
Когда бабка летящей пробкой от шампанского выбежала из-за угла со стороны крыльца, мальчишкам показалось, что все их детские фантазии с приключениями и чудовищами вмиг ожили! Вот тут-то им стало по-настоящему жутко! Даже Ромке, который, несмотря на свою деловую сосредоточенность, тоже увидел бабку и, направив на неё луч от фонарика, не на шутку испугался: два старушечьих глаза угольками горели среди сгущающейся тьмы и походили на глаза дикого зверя.
Ромка и Толик заорали в один голос и бросились наутёк. Бежали они до первой освещённой улицы. И лишь на тротуаре, под светом высоких дорожных фонарей, остановились, чтобы отдышаться.
- Ка-ак пить да-ать... фу-ух... бабка эта – хра-анительница вра-ат, - сбивчиво пролепетал Толик.
- Это точно, - подтвердил Ромка.
Через несколько дней, с утра, Толик звонил Ромке:
- Ром, привет! Слушай, такое дело... Мне вчера сказали, что все заброшенные дома на «наших» улицах хотят снести. Сегодня бригада таджиков начнет разбирать эти хибары. Пошли - глянем! Я бинокль возьму. Интересно, будет ли старуха гонять рабочих?!
Мальчишки заняли наблюдательный пост на другом берегу речки, напротив «бабкиного» дома. На старой улочке тот стоял крайним, ближе всех к железной дороге. Таджики приступили к выполнению своей миссии именно с него.
По странному стечению обстоятельств, рабочие принялись сразу за ставни.
Ребята напряглись. А Толик, наблюдавший за ходом работ в бинокль, поднял вверх указательный палец, мол – «внимание!»
С заднего двора опять выскочила старуха! Но таджики словно не замечали её и продолжали отрывать ставни - как волки, вцепившиеся в овец. А один раз Толику почудилось, что рабочий прошёл прямо сквозь бабку!
Толик судорожно протирал запотевшие окуляры – сквозь влагу может всякое померещиться. В этот миг ставни были с треском выдраны из креплений, и мальчишки во все глаза уставились на обнажившийся оконный проём. И то, что они увидели, повергло их в изумление!
Внутри дома ребята разглядели чистое светлое помещение, посреди комнаты - обеденный стол, а на столе - большой самовар. За столом чинно, полукругом восседала семья: муж, жена, трое детей - они пили чай. А старушки не было!
- Видал? – прошептал Толик.
- Ага...
- Помнишь ту старинную фотографию с чердака?
- Ага...
В это время картинка с сияющей, будто вычищенной до блеска комнатой стала меркнуть, растворяться и вскоре превратилась в тёмно-серое нутро захламлённого, пыльного дома, который забросили много лет назад.
Другие рассказы из серии "Мистические истории из жизни Толика и Ромки": Акула ... Настоящий дед Мороз
Подписывайтесь на канал! Читайте!
Удачи!
Ваш