Я не понимаю, почему в школе мы перестаем любить некоторых поэтов. Куда исчезает детская восторженность от ритма, от картинок в нашем воображении? Возможно, это потому, что на уроках настолько досконально разбираем стихотворные строчки, а не позволяем себе просто наслаждаться Поэзией? Ведь так получается, что в стихотворении, мы видим только материал, с которым необходимо работать. (да простят меня учителя литературы).
Возможно, чье–то отношение к Маяковскому пострадало так же как и мое.
У большинства из многих в детских воспоминаниях остались строчки:
«Крошка сын
к отцу пришел,
и спросила кроха:
-Что такое
хорошо
И что такое
плохо?»
И мы прекрасно понимали, что действительно:
«…вырастит
из сына
свин,
если сын –
свиненок»
и никто не хотел быть этим «свиненком».
Затем легко запоминающиеся строчки:
«Этот зверь зовется лама,» И в голове сразу продолжение:
«Лама дочь
И лама мама». Помните? Это из «Что ни страница,- то слон, то львица».
Затем я читала своему маленькому брату «Конь – огонь». А потом и удивительная «Сказка о Пете, толстом ребенке, и о Симе, который тонкий». Прямиком из этого произведения Маяковского, в моем лексиконе появились и «Образина милая…», и «Поработав три часа, начал путать адреса…». В детстве не думалось о таких странных вещах, как «политизированности», а было просто смешно –
«…съел колеса,
ест педали…
Тут их только и видали!».
А потом школа: «конфликт между лирическим героем, борющимся за новые отношения в общественной и личной жизни, и миром мещанства, не уничтоженного революцией». Или со своим любимым: «что хотел сказать поэт в своем произведении…». И дома, необходимо обязательно выучить «Облако в штанах». Вот только непонятно, почему именно его, а не что – то другое… После окончания школы, много лет у меня не появлялось даже мысли прочитать Маяковского.
Но случайно, в одном стихотворном сборнике, я прочла, на мой взгляд, кое-что нетипичное для этого поэта:
«Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают —
значит — это кому-нибудь нужно?
Значит — кто-то хочет, чтобы они были?
Значит — кто-то называет эти плево́чки жемчужиной?»
Этот буквально крик души, эта надежда на чудо, вернули меня к Маяковскому. И оказалось, что даже в его, насквозь политических произведениях есть восхитительные строки:
«Запретить совсем бы
ночи-негодяйке
выпускать
из пасти
столько звездных жал.
Я лежу, —
палатка
в Кемпе «Нит гедайге».
Не по мне все это.
Не к чему…
и жаль…»
Или вот эта фраза, только вслушайтесь: «…пролетает вечность —
бесконечночасый распустила хвост». Какое точное слово – «бесконечночасый», как же вкусно оно звучит! Все больше и больше я находила для себя интересного, привлекательного в его произведениях. И с сожалением пришло понимание, что ассоциация творчества поэта с революцией, воспеванием коммунизма оказалось не совсем верным, и помешало в свое время наслаждаться его творчеством.