Найти в Дзене

Жили-не тужили...

Присаживайтесь понеудобней, сейчас будет сказка. Да непростая, а продумная. Жил-был царь. И как в каждом, уважающем себя, царстве,были при царстве том бояре.Да чинуши с холопами.Первых было немного, вторых- поболе, ну а третьих кто ж их считает... И захотел царь править. Ну вот захотел Править, и всё тут. А то как куда не глянет, везде бояре рулят, а чуть что не по их, так они палки суют в колёса. Карету, конечно не переворачивают, но уж больно не презентабельно ему выглядеть посередь лужи с палками в колёсах. Призадумался царь. Крепко призадумался. Бояре-то конечно,вещь в хозяйстве нужная. Один хлеб растит, другой- терема строит, третий- коняжек красивых разводит... Не самому ж этим всем заниматься. Но и терпеть их самодурства уж мочи нет, прям не царство, а безобразие какое-то. Стыдно стало царю перед лордами да сэрами разными. И решил царь бороды боярам подстричь. Наголо. Ну что б уж совсем, ни одной ворсинки. Ну как сказать баярам об этом? Их ж много, а я один. По

Присаживайтесь понеудобней, сейчас будет сказка. Да непростая, а продумная.

Жил-был царь. И как в каждом, уважающем себя, царстве,были при царстве том бояре.Да чинуши с холопами.Первых было немного,

вторых- поболе, ну а третьих кто ж их считает... И захотел царь править. Ну вот захотел Править, и всё тут. А то как куда не глянет, везде бояре рулят, а чуть что не по их, так они палки суют в колёса. Карету, конечно не переворачивают, но уж больно не презентабельно ему выглядеть посередь лужи с палками в колёсах. Призадумался царь. Крепко призадумался. Бояре-то конечно,вещь в хозяйстве нужная. Один хлеб растит, другой- терема строит, третий- коняжек красивых разводит... Не самому ж этим всем

заниматься. Но и терпеть их самодурства уж мочи нет, прям не царство, а безобразие какое-то. Стыдно стало царю перед

лордами да сэрами разными. И решил царь бороды боярам подстричь. Наголо. Ну что б уж совсем, ни одной ворсинки. Ну как

сказать баярам об этом? Их ж много, а я один. По одному-то я их любого да каждого размазюкаю по клозету, а вот всех... Стоп!

По одному. Каждого. Любого. Окэй гугыл! Придумал! Кто у нас там самый дерзкий? Граф Очкарский да князь Колобковский. С них

и начнём! С графом было несложно. Казну обокрал(больше всех украл и промолчал), холопов у бояр-соседей губил нещадно,

да имидж царства ронял ниже половицы с переодичностью- всегда. Недолго графу гулялось. Отреклись бояре от него. Почти все.

Князь Колобковский был шит не лыком. Копал рвы, строил хоромы заморские и разрабатывал многоходовочки одновременно на нескольких досках. Но! Не ожидал удара под дых. А зря! С чем его и "поздравили". Поглядели бояре на всё это, покумекали. И решили! А царь-то не дурак, не стоит с ним нахрапом. Вон! Граф Долговязов. Улыбается государю, винца на пирах подливает,на корону пару бриллиантов подарил. Да сбрил в итоге бороду, к чертям собачьим. Зато везде и всюду с царём, претензиев к нему нету да и карета у него не знамо откуда, шобко долговызая появилась. Очкарский с Колобковским канули в лету, а финансы их немалые самопропались чудно. Зато дружина царская разрослася. Молодцы царские один другого краше, оружием красивым бряцают да монетами золотыми швыряют влево-вправо. Да за царя всё голосят и царство родимое восхваляют наперебой. Поняли бояре что недолго им осталось, и понесли свои бороды к царю. Только не нужны царю бороды ихни, так он им и сказал. Куда мне все эти мохнатки девать? Давайте-ка вы братцы, из бород своих, носков да полушубков молодцам моим навяжите. Молодцы хоть и мои, да вас буржуев, уж так и быть, в обиду давать не будут. Усики и бородку козлиную себе оставьте, а остальное надо в отчизну царскую вложить. И настало счастье. Царь в почёте, бояре в шоколаде, красны молодцы, в синих, красных, серых да иных камзолах расплодились с невиданною силою.

Чинуши всякие бумажные подтянулись к местам хлебным, грамоты важные себе понавыписывали. Всё в царстве зацвело да запахло. Все хвалят да чевствуют царя-батюшку. Да вот забыли про малость малую. Про холопов. Холопы были в том царстве непростые. Жутко терпеливые. Но не все. То там, то сям выходили они на площадь базарную, да вели речи возмутительные. Будоражили умы холопские, девственные да незатуманенные. Говорили вещи нехорошие, устои царские хаяли. Смеялась над ними площадь базарная, да радости ради секли им бошки их неразумные, и женам их распутным, да детям их нерадивым. А их всё больше, как гидры растут препоганые. И в казематы вонючие их сажаюти, и без вести их пропадают, руки-ноги да буйну головёшку отсекают. А их всё больше да больше.

Призадумался царь. Крепко призадумался. Я тут царство с ямы вытаскиваю, бояр продажных, трусливых, с фигою в руке - построил, чинуш бумагомарателей построил, порядок добры молодцы блюдут по всему царству, а тут - на тебе! "Плох царь!" По что ж так-то? От лордов да сэров всяких уберёг, на растерзание черни не отдал(хотя, лезут конечно со всех щелей), крепостей да пушек наваял вам за деньги боярские, явст заморских - ешь не хочу... Что ж вам надо-то ещё, холопы неблагодарные? Так думал царь. А зря. Зря боярам доверился, они ж бояре. Преданности там нет. Фигу то они из кармана не обещали вынуть. Зря чинушам доверился, на то они чинуши, у них всё по правилам, всё-то у них по закону, тобою же и подписанному. И плевать им стало на царя стало. Холопов много, у них денег дет, да и не нужны они им, жили же они без деньгов тех. И стали бояре те забавы ради холопам всякие вещи говорить нерадивые, в умы с патокой сахару рафинаду подкидывать. Закипела физика архимедова по всему царству, а всем и за радость, кипит же , хоть какое-то разнообразие. Водки щас как нагоним, по ведру на каждого, и будет веселье разнузданное по всей вселенной отныне и во веки веков. Кхех! Не будет водки, по ведру на каждого. А веселье будет, но иное.

Продолжение следует...