Жизнь продолжалась. Клавдия как-то преобразилась комнату Петра. Вроде бы ничего не изменилось, но стало как-то по другому. Теплее, что ли.
Шурка привязался к Петру. Да, что сказать, пацану отец был нужен. Только Аська, косилась на Петра. Смотрела из под лобья. Дичилась. Клавдия уговаривала её, но Аське хотелось домой, в деревню. В просторный дом дядьев. Даже убегать пробовала.
Но время шло. Петр и Клавдия поженились. Появились Алешка и Лиза. Семья жила дружно. Шурка подрос и Петра считал за отца. В 16 лет пошёл с Петром на завод, работать. Тяга у парня к стенку с детства. Ещё мальцом, прибегал к Петру и крутился возле машин. Мужики в цехе шутили, что Шурку машинным маслом в детстве мазали, оттого и тянется к станкам.
Но их размеренную жизнь нарушила внезапная смерть Клавдии. Сгорела быстро. Занемогла, думала ненадолго, пройдёт. И не прошло. Остался Петро с детьми. Старшие понятно, самостоятельные. А вот с малыми что делать. Завод не бросишь. Работать надо.
Решил Петр нужна хозяйка в дом. Но кого бы он не приводил, обижали его жены детей. Не мог он такого терпеть. И так остался один.
Шурка на заводе встретил девушку. Фрося в цех к отцу приходила и приметили с Шуркой друг друга. Хоть и молодые совсем, а решили пожениться. Шурка переписался на фамилию Петра, чтобы им с Фросей уже регистрироваться. Был Бугаев, стал Сидоров.
Петр не ожидал такого. Да что сказать, приятно, конечно.
Только Ася, все больше отделялась от них. Гуляла с ребятами. С домашними огрызалась. Даже умудрилась к дядьям в деревню съездить, пожить у них. Да видать не особо приветили, вернулась.