Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Премьера балета П.И. Чайковского «Спящая красавица»

15 января 1890 года, 130 лет назад, в Петербурге на сцене Мариинского театра состоялась премьера балета П.И. Чайковского "Спящая красавица" (по сказкам Ш. Перро, сценарист И.А. Всеволжский, М.И. Петипа). Партию Авроры танцевала итальянка Карлотта Брианце, Деризе – Павел Гердт, в роли Феи Сирени выступила дочь балетмейстера – Мария Петипа. "Спящую красавицу " Чайковский создал на одном дыхании – за 40 дней. Как вспоминал его брат Модест Ильич, "после "Евгения Онегина" он ничего не писал так вдохновенно легко и все это время в своих дневниках и письмах к друзьям Чайковский писал: "Работаю усердно, работаю хорошо, отчаянно. Вообще переживаю чудные дни, такие божественные как не бывало". Композитора безудержно влекла идея сказки, где смерть оказывается лишь глубоким сном, от которого пробуждается любовь. "Спящая красавица" была принята публикой восторженно, но Чайковский, судя по всему, даже не заметил этого. Он был целиком поглощен новыми идеями.

15 января 1890 года, 130 лет назад, в Петербурге на сцене Мариинского театра состоялась премьера балета П.И. Чайковского "Спящая красавица" (по сказкам Ш. Перро, сценарист И.А. Всеволжский, М.И. Петипа).

Партию Авроры танцевала итальянка Карлотта Брианце, Деризе – Павел Гердт, в роли Феи Сирени выступила дочь балетмейстера – Мария Петипа.

Карлотта Брианца - принцесса Аврора
Карлотта Брианца - принцесса Аврора
Фея Сирени (Мария Петипа) и её пажи
Фея Сирени (Мария Петипа) и её пажи

"Спящую красавицу " Чайковский создал на одном дыхании – за 40 дней. Как вспоминал его брат Модест Ильич, "после "Евгения Онегина" он ничего не писал так вдохновенно легко и все это время в своих дневниках и письмах к друзьям Чайковский писал: "Работаю усердно, работаю хорошо, отчаянно. Вообще переживаю чудные дни, такие божественные как не бывало". Композитора безудержно влекла идея сказки, где смерть оказывается лишь глубоким сном, от которого пробуждается любовь.

-3

"Спящая красавица" была принята публикой восторженно, но Чайковский, судя по всему, даже не заметил этого. Он был целиком поглощен новыми идеями.