Как же он добивался меня. Еще с восьмого класса. Встречал, провожал, ждал в лютый мороз, пока у меня не закончится репетиция в театральном кружке. Даже близко не подпускал других ухажеров, огребая тумаки на заднем дворе школы.
В одно лето поступили в различные институты, предвкушали предстоящие радости студенческой жизни. И в этот счастливый момент, я понимаю, что беременна. По сути, совсем еще дети. Тогда нас обуял дикий страх, мы не представляли, что делать, как быть. Случай помог. Мы приехали к моей тетке, и та умудрилась распознать мое положение (то ли по серому от токсикоза лицу, то ли по бегающим глазам, и повышенной опеки моего Вити). И уже на следующий вечер, потупив глаза обсуждали планы с родителями. Мои сказали – рожай, и не смей ни о чем думать. Его родители были очень напуганы, и ругались, и жить у них негде (хотя квартира не меньше нашей).
-Витя – сказала, ему мать – если ты решишь бросить Оксанку с ребенком, в родительский дом не приму!
Дочка сделала всех счастливыми. Особенно новоиспеченных бабушек и дедушек. Жили мы с моими родителями, нам выделили отдельную восьмиметровую комнату на троих. Витя учился и подрабатывал, как мог. Чинил телевизоры и другую технику, которая теснила нас еще больше. Ночью подрабатывал сторожем. А на праздники переодевался дедом морозом. Помню, дочка целую неделю хвасталась, что дед мороз ее одну чмокнул в щеку.
Со временем все больше стали проявляться наши с Витей характерные непохожести. Скандалы стали неотъемлемой частью нашей семьи. В самые ужасные моменты, призывалась дочь, которая должна была сделать незамедлительный выбор между мамой и папой. Темой, в основном становились деньги, или мои родители. А на самом деле, он срывался от бремени ответственности за нас и усталости. Он заботился о том, что бы мы каждое лето отдыхали на море. Хорошо одевались. Что бы дочь посещала дополнительные занятия. Я, к слову сказать, получив диплом, тоже не сидела дома, зарабатывала деньги. Для меня скандалы были мучительны, я через день чувствовала себя эмоционально выжатой, а он, наоборот, после скандалов был бодр и весел, на утро просил прощения.
Мы купили квартиру и переехали в нее, когда дочке было тринадцать лет. В годы перестройки эта квартира далась нам потом, кровью, и ночными кухонными разборками. Эта долгожданная и важная покупка, безусловно, осчастливила нас всех, но когда эйфория утихла, «объясни-поясни…как жить будем…о чем ты думаешь» и т.д. зазвучало в стенах отремонтированной квартиры.
Дочь отметила совершеннолетие, поступила в институт, и тут Витя лишился основного аргумента против развода. Стало чуть тише, пока не случился один инцидент, настолько банальный для мужчины в кризе среднего возраста, что описывать его не имеет смысла. И вот, спустя двадцать с лишним лет, мы развелись. Конечно, я страдала и плакала. Но вместе с тем, мне как будто подушку от лица убрали. Знаете, как с наслаждением вдыхаешь горный воздух или утреннюю росу. Вот с таким же упоением я начала вдыхать свою новую жизнь без Вити. Я даже стыдилась своего счастливого одиночества и упивалась им. Я забывала заплатить за квартиру, и не огребала больше за это. Я работала, путешествовала с дочерью, встречалась с подругами, и ходила на свидания.
Свой следующий юбилей я отмечала в небольшом ресторане. Рядом со мной сидел любимый мужчина, который до смерти ненавидит скандалить. А среди приглашенных, сидели Витя со своим инцидентом, а на сцене пела красавица дочь. И я была такая счастливая, красивая, молодая.
Жалею ли я о чем-то? Мне просто лень об этом думать. Голова занята совсем другими мыслями.