Верхний Днепр — один из основных восточноевропейских водных путей лесной зоны, освоение которого началось в глубокой древности. В Белорусском Поднепровье, а именно на низинах Предполесья и Полесья (от окрестностей Рогачева до границы с Украиной), археологические памятники III — начала II тыс. до н.э. активно и результативно исследовались в Рогачевском, Копаньском, Моховском микрорегионах долины Верхнего Днепра. Некоторые итоги изучения заселения и освоения долины Верхнего Днепра рассматриваются мной на материале, прежде всего, Рогачевского микрорегиона, с привлечением данных по другим группам памятников.
Целенаправленные поиски и исследование археологических памятников III — начала II тыс. до н.э. в долине Днепра возле Рогачева проводились в 1956-1963 годах (И.И. Артеменко) и с 1993 г. по настоящее время (И.Н. Езепенко, Н.Н. Кривальцевич). В соответствии с культурно-хронологической идентификацией они относятся, главным образом, к позднему этапу «лесного неолита» и к среднеднепровской культуре. Рогачевский микрорегион — почти двадцатикилометровый участок долины Днепра (площадь около 60 кв. км) с устьями притоков (Друть, Добрыца и др.). Долина Днепра тут расширяется от 2-3 до 4-5 км в пределах высокого правого и низкого левого склонов. В левобережье, где и расположено большинство памятников, просматривается надпойменная терраса. Дно долины изобилует большим количеством стариц, проток, рукавов, заливов, заболоченных низин.
Для реконструкции заселения и освоения долины Днепра в Рогачевском микрорегионе представляют интерес некоторые результаты изучения памятников среднеднепровской культуры (СДК) (конец первой половины III — начало II тыс. до н.э.). Памятники СДК открыты более чем в 30 пунктах. На 6 из них раскопками изучались курганные погребения (23 кургана с 49 погребениями), на 5 — бескурганные (грунтовые) могильники, где обнаружено около 30 погребений. В 29 пунктах открыты поселения и скопления отдельных находок СДК, которые исследовались раскопками и поверхностными сборами.
В пределах долины Днепра памятники фиксировались по краю высокого правого берега, на мысах левобережья, а также практически на всех обследованных возвышенностях высотой от 1 до 4 м (песчаные гривы, холмы, останцы террас и др.), которые расположены вдоль стариц, заболоченных низин, склонов берега. Следует также заметить, что в Рогачевском микрорегионе большинство курганов СДК располагалось на мысовидных выступах левого берега и лишь изредка на холмах в пойме реки (рис 14-1). Бескурганные могильники и погребения обнаружены только на возвышенностях в пойме. Следы поселений фиксировались по краям правого и левого берегов долины, а также на останцах террас и на других возвышенностях в пойме реки. Практически во всех случаях на местах расположения памятников и выявления материалов СДК присутствовали культурные слои «лесного неолита». Обычно на поселенческих памятниках культурные остатки залегали в пределах от уровня перехода гумусированного почвенного слоя в подпочвенный горизонт и в самом подпочвенном горизонте до материкового песка. К перечисленным данным следует добавить, что в долине Верхнего Днепра возле Лоева и Речицы автором открыты культурные остатки на надпойменных террасах (рис. 14-2), перекрытые аллювиальными отложениями и разрушенные современным руслом реки (Леваши, Щитцы, Копань). Нельзя не отметить, что к верхнеднепровским поселениям с однокультурными («чистыми») комплексами СДК относятся памятники Ксендзова Гора (возвышенность в пойме Днепра возле Быхова) и Мохов 4 (высокий мысовидный выступ правого берега долины Днепра возле Лоева).
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене и будете в курсе новых публикаций и исследований.
Поселенческие комплексы СДК, исследованные в Рогачевском микрорегионе, были вероятнее всего кратковременными сезонными стоянками. На них обнаружены следы небольших ям или же, в одном случае, два кострища, остатки столбового наземного жилища сравнительно небольших размеров с очажной ямой по центру (Лучин-Завалье). Еще один пример следов жилого наземного сооружения на возвышенности в пойме Верхнего Днепра — поселение СДК Ксендзова Гора возле Быхова, где на месте постройки обнаружены столбовые и очажные ямы, остатки кострищ с камнями.
В Рогачевском микрорегионе население СДК осуществляло основную хозяйственно-бытовую и погребально-ритуальную деятельность в пределах широкой долины реки, т.е. на пойменном пространстве и по краям берегов, где и фиксируются поселенческие и погребальные памятники. Расположение и кратковременных характер поселений, как и некоторые другие данные, позволяют предположить, что основным хозяйственным занятием было животноводство с сезонными выпасами. По погребальным материалам Рогачевского микрорегиона, стадо домашних животных состояло из крупного и мелкого рогатого скота, свиньи и лошади, что предполагает выпас как на открытых или редколесных участках, так и в условиях лиственного леса. Между тем, следует заметить, что при сезонном характере выпасов должны быть не только кратковременные стоянки, но и стационарные поселения с соответствующим характером культурных остатков (см., например, поселения СДК в Среднем Поднепровье). Следы стационарных поселений в микрорегионе пока не зафиксированы (или должным образом не идентифицированы среди исследованных?).
Курганы и грунтовые погребения Рогачевском микрорегионе позволяют не только охарактеризовать погребально-ритуальную деятельность населения СДК, но определить некоторую перспективу в моделировании социальной структуры, образа жизни, некоторых аспектов хозяйствования, что существенно, в том числе и для понимания вопросов заселения и освоения долины реки. Абсолютная хронология погребений СДК в микрорегионе, в том числе по серии радиоуглеродных дат, определяется в пределах конца первой половины III тыс. — 1700 ВС с выделением периода А (этап Аа: конец первой половины III тыс. — около 2300/2200 ВС; этап Аб: около 2300/2200-1900/1800 ВС) и периода Б (около 1900/1800-1700 ВС). Большинство погребений микрорегиона возникло на этапах Аа-Аб. Для периода «Б» фиксируются единичные погребения. В период «Б», вероятнее всего, новые курганы не возводились.
Культурный контекст погребального инвентаря и обрядовых действий определяется через идентификацию таксонов с присутствием элементов культуры шнуровой керамики, культуры шаровидных амфор, «лесного неолита», ямной и катакомбной и некоторых других культур Центральной и Восточной Европы. Это объясняется как сложностью и своеобразием генезиса, продолжительного развития всего культурного комплекса СДК, так и активными территориальными контактами, коммуникативными связями, в том числе по Днепру.