орской заяц( лахтак)
Продолжу свои воспоминания о зверобойном промысле. Как я уже писал в одной из статей: https://zen.yandex.ru/media/id/5df9576b3d5f69615a99b389/kosatki-ili--horror-sredi-aisbergov-5e0223195d6c4b00aed756cc?from=editor Я три года отработал на зверобойных судах, добывающих нерпу и моржа. Думаю( это мое субъективное мнение) , что глупой нерпу считают из за ее любопытства. Впрочем это касается не всех видов. Лахтак, тот самый, что у меня на заставке очень хитрый и осторожный зверь. Подойти к нему можно только лишь против ветра и самое главное при ровной работе дизелька фангсбота. Любая перегазовка пугает зверя и он стремительно покидает льдину. Причем стрелять его в этот момент весьма непродуктивно, поскольку даже при попадании в жизненно важные органы он под силой инерции и собственного веса зачастую все таки соскальзывает в воду и тонет, остальные же виды нерп, а в особенности крылатка крайне неосторожны и при посторонних звуках лишь поднимают голову, чтоб увидеть источник. Нередки были случаи, когда кормящая крылатка не покидала льдину даже при появлении на ней зверобоев и тем самым обрекала на гибель свое потомство. Вынужден заметить, что зверобойные промысел крайне жесток, но винить в этом его участников нельзя, поскольку направляли на зверобойный промысел отнюдь не по желанию, а по производственной необходимости, отказ от направления мог привести к увольнению по 33 статье, а это была " черная метка" в трудовой книжке и потеря северных надбавок. Самое удивительное, что понятие " звериное чутье" отнюдь не оборот речи. Приведу пример. На каждый вид нерпы, а их три вида: ларга( пятнистая) акиба( кольчатая) и крылатка, плюс тюлень настоящий лахтак( морской заяц) существовал лимит, при общем количестве в 12 тысяч добычи. Так вот, при освоении лимита приходилось сталкиваться с трудностями, то зверь был напуган, то погода не благоприятствовала продуктивной стрельбе, то ледовая обстановка( нерпу били на ледяных полях) не позволяла скрытно подойти к зверю. Но как только мы выбивали лимит на того, или иного зверя, именно этот вид переставал бояться, прятаться и валялся толпами на каждой льдине. Как будто чувствовал свою безнаказанность.
И еще одна закономерность. Перед окончанием лимита, последних зверей приходилось добывать прямо таки с нечеловеческими усилиями. все как сквозь воду проваливались. Иногда последнего лахтака добывали по неделе.
Вообще зверобойный промысел крайне необычен. Даже терминология на нем особая. В основном взятая у поморов, пионеров зверобойного дела. Так освежеванная туша зверя величалась " раушкой" , торосы "ропаками", коварные перемычки между двумя ропаками, находящиеся под водой " подсовами" на них мы частенько часами "сидели" пока, либо раскачиванием мотобота не сходили с импровизированной ледяной мели, либо ценой сотен патронов не отстреливали коварную ловушку. Не знаю как рельс, но метровый лед пули из СКС кололи получше пешни. Частенько один из ботов попадал в ледяной плен. Сидели сутками на льдине, жгли нерпичьи шкуры, ожидая, когда зверобойное судно придет на выручку боту. Благо готовить можно было не отходя от бота, вернее не покидая его, печка грелась от выхлопных газов, вопрос был только в полноте топливного бака. Но при всей жестокости и нелегкости этого промысла, Боже, какие виды открывались каждый день. Рефракция во льдах создавала такие немыслимые композиции, которые представить даже человеку с художественным вкусом непросто, розовые чайки, цвета утренней зари сопровождали наши боты на каждой охоте. Стаи из сотен топорков, с ярко красными, "попугайными" клювами встречались на каждом шаг... пардон, миле... А какие виды открывались при приближении к скалистым берегам, особенно на Шантарских островах, уму непостижимо. Есть о чем вспомнить, есть о чем сожалеть. Сегодня подобный промысел канул в лету, последние звербойные суда ушли на металлолом, нерпы развелось столько, что мешает промыслу рыбы на прибрежке. Вслед за китобойным промыслом зверобойный стал историей. А зверобои похоже персонажами уходящими.