Я вышел в центре славного города Афины, не имея ни одной путной мысли в голове. Куда-то делась прошлая бравада, спускался на землю обетованную слегка дрожащими ногами.
Мне было страшно. Не знаю, как люди пускаются в путешествия автостопом, как едут на машине, заправленную бензином на последние деньги, все это не по мне. Наверно, врут написанные кипы книг, рассказывая, что даже на необитаемом острове можно неплохо устроиться и жить-поживать, да Пятницу поджидать.
Меня толкали жирные жующие морды на улице, я потерялся в городе Жратвы. Если сегодня меня кто-нибудь спросит, что самое главное в Греции, чем отличается она от всего остального мира, у меня есть в запасе сокровенное словцо.
Нация большого брюха или квадратных челюстей. Даешь жрачку 24 часа в сутки!
Наверно я был голоден тогда, слюни собрались в комок, мешая серому веществу вытащить нас (меня и организм) из дрянной ситуации.
Только бы он был дома.
Незадолго до поездки я получил письмо. Мой лучший друг и соратник Иван Попов, оказывается, живет сейчас в Греции, а точнее в Афинах и приглашает в гости.
Мой приятель из прошлой жизни. Там, где всегда весна, как поется в одной песенке. Когда-то, наверно не со мной, происходили удивительные вещи. Я думал, что стану кем-то из породы замечательных людей, обо мне сложат песню, а на родине поставят бюст. На меньшее я был не согласен. Можно, конечно, и памятник в полный рост, ну да ладно.
Мы были профессиональными спортсменами. Играли в шахматы и больше ничего не делали. Может, кому-то покажется это несерьезным, но факт есть факт. Занимались по полной катушке, у нас были тренера, мы, черт возьми, подавали надежды!
Потом я скоропостижно женился, появились дети, а мой друг Иван стал гроссмейстером. Его пригласила шахматная федерация Греции в страну, известная практика, когда предприимчивые чиновники ищут по свету национальных героев, способных помочь восстать из пепла исторической родине.
У Ивана, переименованного на греческий манер в Яниса, способности были. Другого такого повернутого на игре человека я не знаю.
Я подошел к входной двери трехэтажного дома и увидел в списке жильцов знакомую фамилию. Написанную причудливыми буквами, но это был он. Нажал на кнопку вызова, с другой стороны кто-то откликнулся, но, услышав русскую речь, тут же отключился. Попробовав еще пару раз, безрезультатно. Тишина, от которой захотелось заорать, что есть мочи.
Одно из двух, либо я что-то напутал, либо… Что либо, думать не хотелось.
Обернувшись по сторонам, идти все равно было некуда, нашел глазами неприметную кафешку. Сбоку здания красовалась неоновая надпись «бильярд». Не рассчитывая ни на что, перекинул вмиг потяжелевшую дорожную сумку вспотевшей рукой, ткнул входную дверь.
Янис играл в бильярд с каким-то чрезмерно волосатым греком. Увидев меня, мой старый приятель заржал молодым козликом, издал боевой клич и на негнущихся от радости ногах поскакал ко мне.
Мы обнялись так, словно не виделись миллионы лет. Наверно, он что-то почувствовал, мои объятья его немного смутили.
Без разговоров, Янис согласился пустить меня пожить у него некоторое время. Пока я не найду хоть что-то, приносящее доход. Правда, в квартире безвылазно гостил Попов старший, папа Яниса, пожилой уставший грузин, не выходивший на улицу совсем. Это он подошел к домофону и не впустил меня внутрь.