Уже завтра президент В.Путин выступит с Посланием к Федеральному Собранию. Фон обращения выглядит тускло. Все обещания розданы годы назад, и значительная часть не выполнена. Стратегия-2020 читается как ненаучная фантастика. Экономика не развивается из-за доминирования бюрократии и силовиков. Во внешней политике – тупик. Президент открывает трубопроводы в никуда в то время, как Россия публично унижена Украиной в газовых спорах. Мечется без явных результатов по Ближнему Востоку, где американцы ведут методичный отстрел его партнёров. Остаётся лишь рассказывать про Победу, которую якобы одержала Россия, хотя на самом деле победителем были и Украина, и Беларусь, и Грузия – все республики великой страны, которая вовсе не ограничивалась «русским миром».
Однако я хочу обратить внимание не на то, чтó говорит В.Путин (запоминать его высказывания было бы странным), а на то, как он это говорит. Прочитав основные выступления главы российского государства – от прошлогоднего Послания до недавней пресс-конференции – сложно не удивиться тому, сколь бессильным предстаёт наш «национальный лидер». Прежде всего я бы отметил три момента.
Во-первых, его риторика перегружена словами «должны» и «обязаны». Только первое слово в предшествующем Послании встречается 68 раз. Главе государства «должны» все: правительство, главы регионов, российский народ, но ещё больше ему, судя по всему, обязаны неодушевлённые сущности. Доходы людей должны расти, инвестиции – увеличиваться, налоги – справедливо рассчитываться, образование – соответствовать лучшим мировым образцам, а результаты кипучей деятельности власти – быть видны всем и каждому. Однако, увы и ах, должники не спешат платить долги: успехами похвастаться сложно.
Во-вторых, Президент, наделённый гигантскими полномочиями, постоянно всех о чём-то просит: в Послании 2019 г. адресатами таких просьб были: Правительство, губернаторы, правоохранительные органы, палаты и депутаты Федерального Собрания, Верховный Суд и Центральный банк (последние две инстанции выглядят особенно странно, так как по случайности, именуемой Конституцией, считаются в России институтами, независимыми от исполнительной власти). И опять-таки эти просьбы не так, чтобы принимаются во внимание адресатами – включая даже тех, кого президент назначает и увольняет своими указами.
В-третьих, все речи В.Путина перенасыщены безличными оборотами – «следует», «стоит», «нужно», «необходимо» и т.д. Президент почти никогда не употребляет слово «я», предпочитая говорить «считаю», «полагаю», и т.д. Ещё реже встречаются не призывы к кому-либо что-то изменить, а личные обещания сделать что-либо – хотя бы просто разобраться в причинах проблем (исключениями выглядят приказы починить трубу водопровода в отдалённой деревне или распоряжения сделать подарки детям, анонсируемые в ходе «прямых линий»).
Иначе говоря, складывается впечатление, что В.Путин либо и вправду «живёт в ином мире», либо манкирует использованием делегированной ему народом власти. Почти все члены российской политической элиты и высшие чиновники – это люди, обязанные своим постам и позициям только президенту, ибо никакие их личные качества основанием их положению не являются. И если этих людей глава государства может лишь «просить» без особых шансов быть услышанным – страна идёт куда-то не туда.
Владимир Владимирович уже совершеннолетний человек – не только по биологическому возрасту, но и по сроку пребывания на посту руководителя страны. Может быть, пришло время отбросить инфантилизм и перестать скрываться за массой институтов и обстоятельств, беря на себя прямую ответственность за происходящее и время от времени оценивая успехи в выполнении лично даваемых обещаний?
Президент так же затронет тему о снижении доходов населения. Путин признался, что его очень беспокоит то, что произошла стагнация в реальных доходах населения. Актуальность данной темы сложно переоценить. Разница между доходами и ценами слишком велика.