Глава 9
Иван прибыл в село вечером и тут же директор школы определил его на квартире неподалёку от моей. Утром их с Полиной Ивановной представили всему коллективу. Во второй половине дня он предложил мне посетить его квартиру. По пути мы зашли в магазин, взяли бутылку водки и соответствующую закуску. Хозяйка его, отлично меня знавшая, как покупателя её молока и сметаны, накрыла стол, и мы втроём сели вокруг него. Хозяйка налила всем по сто грамм, и мы провозгласили тост за знакомство. Иван же пить отказался, сославшись на то, что вообще не пьёт. Мы повторили – он отказался вновь.
Хорошо закусив, мы отправились знакомиться с селом. Долго гуляли, наконец, когда проходили мимо магазина, он неожиданно предложил туда зайти. Продавец уже готовилась к закрытию, но увидев нас, решила задержаться. Без лишних слов Иван спросил её, есть ли здесь полулитровая кружка. Получив утвердительный ответ, он попросил литр водки и что-нибудь закусить. Я оцепенел. Несколько часов назад он на моих глазах он категорически отказывался от выпивки.
И вот, продавец подала кружку и два стакана. Первую бутылку он перелил в кружку целиком, из второй наполнил стаканы до краёв и произнёс тост: за знакомство и здоровье. Без лишних церемоний кружка была выпита, да не просто, а с таким смаком, как будто всю жизнь он только и делал, что пил. Мы с продавцом тоже выпили, но водка в наших стаканах осталась – никаких нареканий с его стороны не последовало.
Выйдя из магазина, он рассказал, что такой способ выпивки стал его привычкой, и что научился он ей у грузчиков со станции Барашево, где он жил и регулярно подрабатывал во время летних каникул. Мы долго ещё с ним гуляли в тот вечер, заходили в клуб, но следов опьянения я в нём не замечал.
Иван стал у меня учиться тому, что я уже успел постичь за год работы. Учеником он оказался способным и настойчивым, я мог только позавидовать его рвению.
В коллективе он общался только со мной. К выпивке мы больше не возвращались, и даже разговор на эту тему не заводили. С девушками он встречаться не хотел, хотя интерес к нему был достаточно высок.
Знакомство наше с ним состоялось 14 августа 1951-го года, а 16 сентября ко мне на свидание пожаловала Шиндяева Клавдия из Дёминской школы. Причём, пришла она не одна, а с недавно назначенной к ним учительницей математики Аникиной Олей, которая родилась и жила в городе Краснослободске. Это была яркая блондинка с очень умным и симпатичным лицом. Всё у неё было красиво, она напомнила мне мою потерянную любовь – Маргариту Лазареву. Образ моей Клавдии померк для меня, как в тёмную ночь.
Поначалу у меня сложилось впечатление, что Аникина пришла к Беспалову, но позже разглядел, что это не так, и за один вечер мы стали с Олей так близки, как будто знали друг друга много лет.
Вечером мы проводили с Иваном девушек до их села. Клавдия рассчитывала, что я останусь ночевать у неё, но я отказался, сославшись на то, что неудобно оставлять Ивана, и мы вдвоём с ним вернулись назад.
На следующий вечер, отложив все дела, я поехал для встречи с Олей, и она меня радостно приняла. Так началось моё новое знакомство, новый бурный роман.
С образом Оли я засыпал, спал, просыпался и целый день работал. Как только появлялась малейшая возможность, просвет между важными делами, я бросал всё остальное и ехал к ней. Мы были очень молоды, страшно влюблены друг в друга, и препятствовала нам только очень плохая погода. Нам казалось, что мы не можем дышать друг без друга.
Оля жаловалась, что Клавдия Васильевна не разговаривает с ней, что ей очень тяжело бывать на работе, не с кем поделиться или просто пообщаться, так как она ещё не влилась в коллектив. Тем больше каждый она радовалась каждому моему приезду. Хозяйка дома, в котором она жила, была очень молода, и Оля называла её «подушкой, в которую можно поплакаться».
Наша жаркая любовь продолжалась недолго – всего два месяца. Последний раз мы встретились 13 октября. Вдвоём с хозяйкой они убирали квартиру перед престольным праздником Покров. Было слякотно, и она почти не верила, что я приеду. Я застал её растрёпанной, разгорячённой работой: в таком виде она казалась мне ещё красивее…
А через три дня, 16 октября я предложил руку и сердце Марии Фёдоровне. Вот уж действительно, мужчины любят одних, а женятся на других.
Это было так. Праздник Покров совпал с выходным днём, и мне удалось приехать домой. Днём мы как всегда болтались с Семёном и Захаром, а вечером нас всех троих пригласил в гости Тявин Фёдор Афанасьевич. Оба моих друга пошли к нему, а я отказался, так как меня в это же время пригласила в гости Галкина П.И. Всю ночь, до четырёх утра пробыл я у неё, а в пять часов приехал к Марии Фёдоровне вместе с Малозёмовым Е.Н. и предложил ей быть моей женой.
Все были ошарашены моим поступком. Больше я никогда не встречал и ничего не слышал о судьбе моей девушки Аникиной. Она всячески избегала встречи со мной, а через год и она и я выехали с этого района.
На этом моя холостяцкая жизнь закончилась. Всего несколько эпизодов её удалось мне здесь описать, встреч с девушками было, конечно, больше. Видимо, я был очень влюбчивым человеком, быстро загорался и также быстро угасал.