Случилось так, что во сне стало жить интересней. И даже если это пост алкогольный кошмар, он все равно ярче на события, динамичнее, и оставляет послевкусие. Реальность же стала невыносимо пресной и бесперспективной. Реальность стала страшной и к тридцати девяти годам, кажется, уже не давала шанса. Удивительно, но постоянная тревога за долги и детей, как-то незаметно, тоже, сменилась пустотой. Жить стало неинтересно, а нормально жить, оказалось не по зубам. И можно было бы закончить это странное путешествие (вариантов много), но воспитанный на сказке про двух лягушек в горшке со сметаной, я решил, пока не горячится, и попробовать еще разок. Перекраивать себя, свои убеждения и привычки – это не газету читать. Ведь чтобы все это в себе скопить, я потратил огромную часть жизни. И накопил, видимо много. Лишнего. Потому, что теперь, оказавшись на самом днище воронки, за толстыми стенами которой не видно света, а наверху ее вращаются какие-то небожители, я и сам, с трудом верю, что смогу