ПДР у меня была 7 января, но муж, который присутствовал на двух предыдущих родах и был нелишним, должен был надолго улететь 5 января, а мой доктор уходил в отпуск 2 января. Вообще-то по страховке доктор, ведущий беременность, должен принимать и роды, но может же он когда-то в отпуск уйти. Иначе говоря, было бы неплохо, если бы я родила до этого.
В последнюю предновогоднюю неделю доктор раз в два дня измерял воды, и утром 31 декабря сказал, что их мало, и надо стимулировать роды. До сих пор не знаю, куда они тогда делись, потому что амниотический мешок был в порядке. Доктор наложил гель на шейку матки, чтобы она начала раскрываться и положил меня в палату. Через некоторое время начались слабые схватки. Двое предыдущих родов длились 19 и 23 часа. Так что я приготовилась к долгой работе и, возможно, бессонной новогодней ночи. Включила музыку и стала ходить по комнате, чтобы усилить схватки.
Но пришел доктор и позвал меня с собой, в палату рядом с родовой. Дело было в Аргентине, где никто никогда никуда не торопится. Но дело было 31 декабря, и все хотели праздновать. Доктору звонила жена, напоминая, что он обещал сделать покупки. Она привыкла, что он, принимающий больше 200 родов в год, уходит посреди ночи и во время семейных праздников. Но почему-то 31 декабря для нее было слишком. Самое смешное, что покупки он потом сделал, но до стола так и не добрался. Поздно вечером ему пришлось вернуться к еще одной пациентке, решившей родить в новогоднюю ночь.
Акушерка сказала, что она посмотрит раскрытие, но на самом деле проколола пузырь. Сразу после этого мне поставили звериную дозу окситоцина. То есть на мне применили все известные науке стимуляторы родов. Схватки начались сразу долгие, частные, неестественно болезненные. Пришел анестезиолог, но ничего не смог сделать, потому что для установки катетера нужны хотя бы 5 минут перерыва, а его не было. Плюнули: "Ладно, давайте так, это будет недолго". Действительно, дочь родилась за 2 часа, но это были худшие два часа в моей жизни. Хорошо, что природа задумала так, что как только они заканчиваются, тебя захлёстывает такая волна гормонов счастья, которая стирает все прежние страдания. Но если бы это был почти любой другой день, а не 31 декабря, и воспоминания об этом были бы более праздничные.