Властелин орков Саурон всегда отличался тем, что умудрялся в короткие сроки собрать максимально большую армию, но дальше численное преимущество реализовать было сложно.
Одним из моментов, когда хозяин Мордора был наиболее близок к триумфу, была осада Ривенделла, на тот момент, буквально последнего оплота светлых сил. И в связи с этим возникает вопрос, почему несмотря на преимущество в силах, победное настроение и выгодной позиции Саурон проиграл осаду Ривенделла?
Мы попробуем разобраться в причинах того, как же устояла твердыня владыки Элронда. Итак, вспомните, 1693 г. Второй Эпохи. Правитель Мордора Саурон надевает Единое Кольцо. Правитель Эрегиона Келебримбор осознает, что Темный Властелин все это время водил их за нос и восстает против его влияния.
Но, как нам всем известно, эта война окончилась уничтожением эльфийского королевства и пленением и последующей казнью их короля. Однако полностью разгромить местные силы эльфов Саурону не удалось.
После упорных боев, остатки эльфийских войск укрылись за вратами Кхазад Дума. Элронд, собрав воедино оставшихся воинов, бежал на север, где и основал крепость Ривенделл. И с 1697 г. по 1701 г. недавно основанная твердыня оказалась осаждена войсками противника. И именно в этот момент произошло то, что во многом и позволило Имладрису устоять.
Практически вся территория Эриадора уже контролировалась Темным Властелином. И тогда Саурон направил свой взор на Серые Гавани. На это решение его подвигли две, весьма веские причины.
Во-первых, Владыка Мордора желал окончательно расправиться с оставшимися эльфийскими королевствами. Он понимал, что на данный момент именно лесной народ является основным противником на континенте, стоящим на пути к полному господству. Только разгромив их, Темный Властелин мог спокойно чувствовать себя в Средиземье.
Во-вторых, Саурон желал заполучить Три эльфийских кольца, что были выкованы Келебримбором без его ведома. Даже под страшными пытками, эльфийский король не выдал местоположение этих артефактов, за что поплатился своей жизнью.
Не найдя кольца в Эрегионе, Предводитель темных сил решает, что Три кольца были переданы Верховному королю нолдор-изгнанников Гил-Галаду. Именно поэтому, Темный Властелин решает нанести удар по столице Линдона, направив туда все свои основные силы.
Ведь было крайне сложно поверить в то, что эти три могучих артефакта будут храниться в этой небольшой крепости. В такой ситуации, взятие Ривенделла отходило даже не на второй, а на третий план. Кроме того, задумайтесь о том, что на тот момент твердыня Элронда не представляла собой ничего экстра важного.
Это была обычная эльфийская крепость, созданная для защиты остатков войск эльфов от приспешников Саурона. С тактической точки зрения, эта твердыня никак не мешала армии Темного Властелина воплощать помыслы своего господина.
Ривенделл не перекрывал важную дорогу, словно 300 спартанцев, не угрожал смертельным ударом в тыл или фланг войск Мордора. По сравнению с этой небольшой крепостью, те же Серые Гавани были куда более привлекательной целью. Ведь на тот момент, столица Линдона была политическим центром всех эльфов Средиземья, и удар туда нанес бы колоссальный вред лесному народу.
Это уже после окончания этой войны, Ривенделл приобрел статус политического и военного центра этих земель. Столица Эрегиона Ост-эн-Эдиль лежала в руинах. После победы над Темным Властелином, город не стали восстанавливать. В этом была своя логика. Вместе со столицей в руины превратилось все королевство, и оно не смогло обратно восстановиться.
А Имладрис был выбран новым центром этой области, потому что его земли не были осквернены той тьмой и злобой, что распространилась на них, когда тут господствовал сам Саурон. Кроме того, хозяин Единого кольца не мог не учитывать немаловажный фактор Нуменора.
Саурон прекрасно понимал, что если вооруженные силы островного королевства вступят в конфликт в союзе с эльфами, то шансы на его победу резко снизятся. Владыка Мордора прекрасно понимал, что по своим качествам нуменорцы в разы превосходили его орков и их союзников.
Именно по этой причине, разобравшись с основными военными силами Эрегиона, Саурон стремился стянуть свои основные силы на запад. Здесь он преследовал сразу несколько задач.
В первую очередь, Темный Властелин стремился разгромить местных эльфов, пока те были одни. Этим бы войска Мордора не допустили бы соединения войск людей и лесного народа, и каждый сражался бы с ними поодиночке. Кроме того, в этом случае, войска Саурона заняли бы выгодные позиции для обороны, на случай высадки нуменорской армии. В таком случае, сражение уже велось бы по его правилам, а шансы на итоговый успех возрастали в разы.
Совсем не удивительно, что поглощенный такими планами, Темный Властелин не стал обращать свое внимание на небольшую эльфийскую крепость под названием Ривенделл. Продолжая вышесказанное, можно предположить, что на Правителя Мордора еще довлел фактор времени.
Великий Нуменор в любой момент мог отправить свои войска на помощь эльфам. Поэтому действовать нужно было очень быстро. И в этих условиях, тратить драгоценные дни на маловажную твердыню было крайне нецелесообразно.
Взгляните, ведь окруженные и загнанные в ловушку эльфы, под предводительством Элронда стали бы сражаться до последнего с удвоенным рвением. Осажденные прекрасно понимали, что отступать им больше некуда, а пощады от орков эльфам все равно не видать.
Именно по этой причине, штурм крепости мог затянуться на дни, а то и на недели. И именно это потерянное здесь время могло оказаться решающим фактором, не позволившим одержать итоговую победу во всей войне.
Ну конечно нельзя не учитывать фактор жертв. Штурм Ривенделла, отчаянно защищаемого эльфийскими воинами, стоил бы Темному Властелину множества убитых воинов. Взамен же, взятие этой крепости по факту не приносило ему никаких выгод. Да, сам Саурон никогда не считался с потерями, но понимая, что в будущем ему предстоит сражаться с куда более серьезными противниками, он мог более рационально обойтись со своей армией. Обратите внимание, немаловажным был и фактор недооценки эльфов.
Темный Властелин прекрасно понимал, что военное превосходство на его стороне. Он контролировал огромные просторы, разгромив эльфийское королевство. Остатки местных войск сумели ускользнуть через врата Кхазад Дума, но это воспринималось лишь как досадное недоразумение, которое никак не влияет на исход войны. Любому на месте Владыки Мордора могло показаться, что итоговая победа от него никуда не денется. И потому он уже не обращал внимания на небольшие очаги сопротивления, предпочитая концентрировать свое внимание на более важных задачах.
Самой осадой Имладриса занимался немногочисленный отряд. И здесь можно предположить, что этих сил было достаточно для блокады, но не хватало для полноценного штурма. Именно поэтому, эти войска не бросались на штурм твердыни, предпочитая спокойно ожидать того дня, когда измученные осадой защитники сдадутся.
Можно предположить, что таковой и была задача этой группы войск – отсечь Элронда от основного театра военных действий. И тут можно сказать, что будь во главе этого воинства сам Правитель Мордора у стен Ривенделла, то эти орки явно не посмели бы прятаться от боя и сидеть на своих позициях, в ожидании пока победа сама придет к ним в руки. Они боялись Саурона сильнее смерти, а потому смело шли бы на штурм Имладриса, навстречу эльфийским стрелам и копьям.
Однако, как мы уже говорили, голова Саурона была забита другими мыслями и планами. А потому командиры оставленных Темным Властелином войск явно не стремились лезть из кожи вон, чтобы захватить эту крепость, ведь в этом случае вероятность умереть раньше времени от разящего удара эльфийского меча вырастала в разы.
Действительно, зачем стараться, когда война, по их мнению, так или иначе была бы выиграна, а эти эльфы в твердыне никуда не денутся. Кстати, тут могла быть еще вот какая ситуация. Если Саурон держал в голове мысль о том, что ему предстоит сражаться с остальными эльфийскими лидерами, и возможно с нуменорцами, ему требовались лучшие из лучших. От того, взял с собой все основное войско, оставив лишь немногочисленные группы войск, для поддержания его власти на захваченных землях.
Кроме того, вряд ли Саурон оставил в тылу хороших и крепких воинов, которые требовались ему на передовой. От того, можно утверждать, что осаждали Ривенделл не самые лучшие солдаты, а скорее всего тыловые части, чья боеспособность была гораздо ниже. Ну и конечно, нельзя сбрасывать со счетов и то, что крепость была хорошо защищена от внешних врагов. Ее удобное для обороны расположение не позволяло противникам чувствовать себя вольготно. А немногочисленные защитники так располагались на стенах, что уязвимых мест просто не оставалось.
А когда враги подступали к Раздолу, то по велению Элронда разливались воды реки Бруинен, забирая с собой все живое. Таким образом, мы видим, что у стен Имладриса сложилась патовая ситуация. Ривенделл был хорошо защищен, а эльфы были готовы сражаться до последнего воина.
Темный Властелин же увел свои войска на запад, за более привлекательными целями, оставив осаждать крепость небольшому отряду. Этот отряд не имел достаточно сил, чтобы захватить крепость. В это же время, если бы защитники выбрались из-за стен своей твердыни, то в открытом бою они оказались бы раздавлены численно превосходящим их противником.
Из-за того, что сошлось сразу несколько факторов, будущей твердыне Элронда удалось продержаться четыре года. А Саурон потерпел пусть и не окончательное, но весьма чувствительное поражение.