Некто Иванов был странным типом. Нелюдимый пожилой человек, он жил совсем один, не заведя себе даже собаки или кошки. Всезнающие бабушки у подъезда не могли рассказать про него ровным счетом ничего, кроме того, что в 7.30 он исправно ходил на работу, а в 18.00 так же пунктуально возвращался домой...
Соседи так и называли его меж собой - "странный тип", и предпочитали проскакивать мимо с опаской. И, наверное, так продолжалось бы всегда, если бы не Колька.
Ну скажите, какой мальчишка не захотел бы "раскрыть" такое дело?! Колька детективами увлекался, уже перечитал всех классиков жанра, "проглотил" даже Акунина и жаждал собственного расследования. Услышав от мамы про "странного типа" он понял: ну, вот же оно, подвернулось!
Вооружившись маминым театральным биноклем (она пользовалась им крайне редко, и сразу бы не хватилась), Колька начал наблюдения. Каждый вечер он находил какой-нибудь предлог: мусор вынести, в магазин сбегать, выгулять Жульку, собаку дворовой породы, взятую в дом еще щенком, и, взобравшись на раскидистую иву как раз напротив дома, вглядывался в окна.
Мама нарадоваться не могла. "Колюшка-то мой, какой молодец, совсем взрослый парень стал, помощник!", - делилась она с сердобольными бабушками. А Николай тем временем собирал данные, и чем дальше заходило расследование, тем больше открытий происходило в душе мальчика.
Оказалось, что, как только "подъездные бабушки" расходились по домам, "странный тип" бежал к мусорным бачкам, но… выбирал там не еду или бутылки, а картон от упаковок, остатки кожи, ткани, деревяшки от мебели. Все это он приносил в дом, а потом начиналось действо…
...Когда в дверь квартиры робко постучали, хозяин задумался: "Показалось?" К нему уже миллион лет никто не ходил. Но постучали снова. На пороге стоял мальчишка лет десяти с биноклем в одной руке и собакой на поводке - в другой.
- Дяденька, я не знаю, как Вас зовут, но я видел…, - бодро начал и тут же сбился Колька.
Как вы, наверное, поняли это был он.
- Я знаю, что у Вас театр… и куклы...это так здорово, но они же не знают! - повел он рукой в сторону двери.
Старик улыбнулся:
- Ну заходи, Шерлок Холмс, раз уж пришел.
Это была необычная квартира. На всех стульях, диванах сидели, лежали, стояли куклы. Здесь были короли и царевны, лесные зверята, Емеля на печи, Колобок и множество других сказочных героев. А прямо посреди зала стояла самая настоящая театральная сцена.
- Вау! - не удержался Коля, хотя и видел все это в бинокль с улицы, но вблизи декорации оказались еще чудесней. - Что это? Для чего?
- Тут малыш двумя словами не расскажешь, - и Иван Иванович (оказывается его звали именно так) начал свою историю.
В течение следующих двух недель Колька больше напоминал Карлсона с моторчиком. То он мчался на почту, чтобы отправить письмо, то что-то печатал на домашнем принтере, то клеил объявления. Выходя из подъезда, соседи натыкались на крупный красный шрифт: "7 января в Рождество в 13 часов собираемся на площадке у ивы. Ваш сосед - странный тип". Колька специально так подписал, справедливо ожидая, что интерес перевесит все другие обстоятельства.
И вот праздничный день настал. Народу собралось человек сто, большие, маленькие. Ровно в 13.00 полог ивы, густо украшенной по случаю Рождества мишурой, распахнулся, и в глубине огромного дерева жильцы дома увидели ширму, из которой вдруг выскочила голова Петрушки и заверещала:
- Здрасьте, товарищи зрители! Увидеть наш спектакль не хотите ли?
На сцене разворачивалась сказка про Снежную королеву: скакал Олень, топала ногами Разбойница, в радостной встрече обнимались Кай с Гердой. Зрители смотрели как завороженные, забыв даже про нешуточный мороз, поэтому никто и не заметил, как к толпе присоединились незнакомые никому папа с дочкой.
И вот Снежная королева растаяла, замок рухнул, а из-за занавеса показались, взявшись за руки Колька и Иван Иванович. Зрители хлопали изо всех сил. А больше всех новенькая девочка.
Увидев ее, Иван Иванович ахнул, подбежал, обнял и вдруг заплакал…
Еще долго соседи пересказывали друг другу эту историю, как чудный старик после долгих лет разлуки встретился с сыном, и впервые увидел свою внучку Сонечку. Как все эти годы он коротал свое одиночество, делая куклы и разыгрывая спектакли - за ширмой ведь так легко представить, что дом полон зрителей. И как Колька, отправив письмо по нужному адресу, разрушил все грехи и обиды одним махом.
Да вот же они и сами: трусит по мягкому снегу за неугомонной Жулькой Иван Иванович, перекидываются снежками Колька с Соней, а Колина мама и Сонин папа что-то обсуждают, может новую постановку театра готовят?