или
Пессимистическая комедия под оливье...
Хотите верьте, хотите нет, а только автор этих строк смотрел культовое кино «Ирония судьбы или С легким паром...» всего два раза в жизни. Причем в первый раз — еще в советской средней школе новогодье 1975-76 гг. Причем уже тогда кино не понравилось — исходная ситуация показалась надуманной, сюжет — затянутым до безобразия, поступки героев — странными и психологически немотивированными, песни вообще навевали тоску и воспоминания об индийском кино… В общем, желания пересмотреть кино еще раз не возникало.
Но вот 31 декабря 2018 г. бабахнуло в Магнтогорске — и… пришлось-таки пересмотреть многое. Многое В том числе и «Иронию судьбы» и свое отношение — как к самой фильме, так и к ее героям. Прежде всего — к Ипполиту.
Который оказался фигурой во-первых несколько загадочной, а во-вторых — трагической.
Тут ведь дело какое… Про милого и пушистого Женю Лукашина-Андрея Мягкова (вообще-то классического маменькиного сынка) мы знаем, что он врач в поликлинике; про столь же милую Галю-Барбару Брыльску — что она училка в школе. А про Ипполита что можно сказать вразумительного?
А ничего. Ну то есть мы видим, что он явно старше Лукашина, что в материальном плане более обеспечен, что склонен выговаривать нотации даже любимой женщине… и этого советскому зрителю достаточно было для того, чтобы Ипполита более не воспринимать как человека вообще и ни в чем ему не сочувствовать — если и замерзнет спьяну в сугробе, то и черт с ним. Так ему и надо… кому?
Мы ведь не знаем чем Ипполит занимается и как на жизнь зарабатывает! Зарабатывает, конечно, неплохо — но… не сверх меры. Ходит в нормальном приличном пальто (но отнюдь не в шикарной дубленке, как один из лукашинских собутыльников), ездит на личном авто (но опять же — вполне средних «Жигулях», а не престижной иномарке или номенклатурной «Волге»). То есть человек не из низов… но и не шибко большой начальник, судя по всему.
Менеджер среднего звена, как сейчас сказали бы. Но менеджер чего и где?
Опять-таки неизвестно. Может быть, что и оборонного «почтового ящика», которому светиться лишний раз не рекомендуется — и он и не светится. До такой степени не светится, что Галины подружки-училки не знают в лицо ее жениха. В общем — правильно живет товарищ Ипполит. В смысле — по правилам. По инструкциям. Как положено.
И вот вдруг приключается ситуация, ни в каких инструкциях не предусмотренная. И?
Помнится при первом просмотре в «Иронии судьбы» мне больше всего не понравилось именно то, исходный казус в фильме почему-то не разрешился самым очевидным образом.
Ведь что, по идее, должен был бы сделать Ипполит, справившись с первым шоком от появления какого-то неизвестного алкаша в квартире невесты? Да очевидно же — отвезти этого алкаша обратно в аэропорт (благо, что автомобиль свой имеется), купить ему билет на самолет до Москвы и отзвониться его мамаше или невесте — так мол и так, встречайте свое сокровище, возмещения расходов не надо, считайте это новогодним подарком. Можно в этот рейс и Галю взять — чтобы покрасоваться лишний раз благородством и великодушием перед дамой сердца.
Вроде же очевидное и самое разумное поведение — и ни к кому ни у кого никаких претензий в этом случае не возникнет. Однако все идет наперекосяк — и… заканчиваться, все должно, строго говоря, гибелью Ипполита, ушедшего от закрутивших роман Гали и Жени на мороз в мокром пальто (ну комедия вот такая, смешно же...) .
Почему? Советский школьник в 1975 году был уверен, что только потому, что режиссеру так захотелось, потому что иначе кино снимать будет не про что. Но… сейчас возникает мысль, что не все так просто.
Хотя бы потому, что самый разумный поступок — это именно Поступок. А Ипполит совершать поступки не привычен. Он действует по инструкции — если человек (пусть и пьяный алкаш) попал куда не следует — его надо выгнать. И невесту (вот уж совсем-совсем в сем казусе не виноватую) еще заодно отчитать. И все. И будет порядок.
А вот и не будет. И Женечка Лукашин припрется обратно (хотя нормальный человек должен был бы со стыда сгореть, но не просить взаймы у тех, кто его только что выставил за дверь), и дама сердца им увлечется…
И вот тут — стоп.
Для советского зрителя было очевидно — Ипполит свою Галю на самом деле не любил, вот и поделом ему. Ну ладно, пусть не любил. А она его? Уходит от нее человек (причем явно не чужой!) на верную смерть (причем прямо об этом говорит) — и что? А ничего. Ноль эмоций.
Последнее появление Ипполита в «Иронии судьбы» - это ведь совершенно жуткая сцена!
Ипполит может и не любил училку Галю, но и милая Галечка его — тоже. И предала с легкостью поистине украинской. И никакого стыда не испытала, когда пьяный (и потому наконец-то искренний!) Ипполит ей прямо об этом сказал. И вообще тут же забыла.
Ушел человек в никуда, погиб — да и черт с ним. Главное, что своя личная жизнь внезапно наладилась. Ну, по крайней мере, Гале так кажется.
И — вот что самое во всей «Иронии судьбы» жуткое! - советские зрители за все 40 лет, прошедшие с премьеры фильма, так и не догадались подумать, что всякому человеку будет плохо и тошно, когда его предают. Тем более — когда предают вот так запросто, беззлобно, просто потому что «так вышло».
Все 40 лет — хи-хи ха-ха, «какая гадость эта ваша заливная рыба», песенки за кадром и в кадре и, опять же, церемония одевания сапога... Шедевр, короче.
А ведь и в самом деле шедевр.
И где-то даже пророчество. И про миллионы советских ипполитов, оказавшихся не способными на Поступок, когда надо было… И про миллионы украинских Галь с легкостью необыкновенной променявших этих скучных Ипполитов на очаровательных европейских Женечек Лукашиных.
В общем — есть смысл пересмотреть еще разок «Иронию судьбы». Особенно — под новости с Украины.