Казнь приговоренных к расстрелу в СССР в разные времена происходила по-разному. В сталинскую эпоху эта процедура была обыденной и производилась оперативно, за день-два после приговора. Позже времени на то, чтобы попрощаться с жизнью, стало побольше.
Расстрел в царские времена
В царские времена казни практиковались не так и редко. Осужденные, учитывая то, что государство де-факто было религиозным, получали возможность встретиться со священником для исповеди и причастия, даже с родными и близкими, и уж тем более написать письма. Разрешалась даже краткая прощальная речь. В сталинский период об особом проявление гуманизма никто не задумывался. Закон предусматривал три дня на апелляцию или на ходатайство о помиловании. Но это скорее был формальный акт. Хотя, конечно, случались и исключения. Некоторые ждали отправки в лучший из миров по несколько месяцев.
Процедура казни могла различаться даже в регионах. Существовал, кстати, приказ НКВД от 09 июля 1935 года, предписывавший обязательное фотографирование смертников. Во времена Хрущева и дальше уже выделялось больше времени на подачу прошений о помиловании и на кассационные жалобы. Халид Махмудович Юнусов, ветеран пенитенциарной системы Азербайджана, рассказывал, что осужденным к “вышке” не сообщали о том, что их ведут на расстрел. Но некоторые это понимали и умирали от переживаний еще до момента казни.
Осужденные к расстрелу, кстати, не имели таких же прав, как и другие заключенные. Кормили всех одинаково, но первым нельзя было получать передач от родных, они вообще содержались в камерах одиночках. Казнь наступала уже после того, как получались отказы в помиловании и удовлетворении кассационных жалоб. Предсмертные встречи с близкими теоретический разрешались, но это было большой редкостью и требовало очень высокого согласия.
Крайне немного было и тех, кто просил об исповеди и причастии. Последствия антирелигиозной пропаганды и атеистическое воспитание давали себя знать даже в таких случаях. Конечно же, мелочи вроде дать возможность покурить могли исполняться тюремщиками, если у них было такое желание. Личные вещи казненного родным не возвращались, хотя могли быть сделаны исключения для фотографий.
Следует отметить, что по советским законам расстреливать можно было только здоровых заключенных. Больным эта участь не грозила даже при наличии соответствующего приговора.