Мы вышли из больницы под вечер и поэтому никуда не пошли. Отец пообещал, что завтра после работы сходит к следователю и поговорит с ним о нашем отшельнике. А уже потом Серега будет говорить с братом, тем более, что раньше выходных он к нам в поселок не приедет, так как его работа была в городе, то и всю неделю он жил тоже там, а вот в выходные всегда приезжал на дачу. До выходных оставалось три дня. Ох, как нам не терпелось, скорее узнать все про нашего отшельника. Но ничего не поделаешь, надо ждать.
Отец свое обещание сдержал, и уже через день у нас было разрешение от следователя. И вот наступил вечер пятницы. Мы с Серегой сидели на лавочке возле его дома и ждали приезда брата.
- А вдруг, как он сегодня не приедет? Вдруг у него срочная работа?- изнемогая от нетерпения, сказал я.
- Не дергайся. Приедет.
- Почему ты так уверен? Ведь было же такое, что он не приезжал на выходные.
- Было. Но он всегда звонит отцу, если не может приехать, а на этой неделе не звонил. Значит приедет.
- А ты уверен, что они захотят снимать нашего отшельника? У них, наверное, и покруче сюжеты были?
- Это же киношники! Конечно, они заинтересуются этим делом. Уж поверь мне. А вот и Сашок едет,- сказал Серега, показывая в конец улицы. Там показалась машина, большая и белая иномарка. Эту машину его брат купил в прошлом году, на свою премию за фильм про спасение рыбаков на Дальнем востоке. Машина остановилась напротив нас, и из нее вышел Сашок и еще какой-то мужчина.
- Привет, пацаны.- Сказал он и продолжил.- Знакомьтесь. Это наш режиссер Владимир Иванович. Эти выходные он проведет у нас. Братишка, сводишь нас порыбачить?
- Это я завсегда, пожалуйста. Очень рад знакомству. А у нас к тебе, Сашок, дело есть.
- Ух, ты. С порога и сразу о делах. Что очень важное?
- Очень.
- Ну, тогда давай провожай гостя в дом, а я пока машину загоню во двор. За чаем и побеседуем.
Мы с Серегой повели Владимира Ивановича в дом. На пороге нас ждал отец Сереги.
- Добро пожаловать, гости дорогие. У меня уже и самовар готов,- встретил нас он.
- Здравствуйте,- поздоровался гость.
- Пап, знакомься. Это Владимир Иванович Сашкин режиссер. Мы с ним завтра на рыбалку пойдем.
- Очень приятно. Проходите. Рыбалка это хорошо. Отдохнете на свежем воздухе.
Мы прошли в дом и устроились за столом, на котором стоял старый пузатый самовар, гордость Серегиного отца. Пироги, которые жарил отец, так как хозяином в доме был он, а мамы у Сереги не было. Много лет назад, когда Серега был еще совсем маленьким, она заболела и умерла. С тех пор и жили они своей мужской компанией.
- А вот и я,- входя на кухню, изрек Сашок. – Встречай блудного сына, отец.
И стал вытаскивать из пакетов всякую снедь. Колбасу, сыр, печенье и конфеты, а также различные напитки и консервы. За ужином о деле поговорить не удалось. Отец расспрашивал Сашка и гостя об их работе. А мы не мешали разговорам старших, хоть нам и не терпелось, поскорее поговорить о нашем отшельнике. После ужина, когда мы перебрались на веранду, отец сам начал этот разговор, рассказав гостям о наших с Серегой приключениях.
- Так-так. Значит, вы у нас в сыщиков записались,- посмеялся Сашок.
- Ну, да. Об этом мы и хотели с тобой поговорить,- не обиделся Серега.
- Мы хотели попросить вас снять сюжет про нашего отшельника и показать по телевизору, может, кто его узнает,- вставил я.
- Это что еще за история?- спросил режиссер. И тут мы с Серегой наперебой стали рассказывать про то, что человек, который сейчас лежит в больнице, ни чего не помнит. И что ему надо помочь. Режиссер нас внимательно выслушал и пообещал встретиться с нашим отшельником. Какая удача, что именно в эти выходные он приехал к нам на отдых. Мы очень надеялись, что, встретившись с нашим неизвестным, он захочет снять про него сюжет.
Наутро в субботу Серега с гостями отправились на рыбалку. Ну, и я, конечно, увязался с ними. Разве можно было усидеть дома, когда приехал самый настоящий режиссер. Как всегда за удочки и все прочее отвечал Серега, а я больше бродил по берегу и разглядывал красоты реки Грязнухи. Вышли мы на рыбалку рано утром, и поэтому часам к десяти дня захотелось перекусить. Сашок развел костер и, зачерпнув из речки воды в чайник, поставил его на огонь.
- Ты чего бродишь без дела,- обратился он ко мне,- пошел бы вдоль речки собрал малины к чаю. Только далеко не отходи, а то тоже отшельником станешь,- посмеялся он.
- И не смешно,- обидчиво сказал я. И отправился вдоль речки искать заросли малины, прихватив с собой кружку. Метрах в пятидесяти от того места, где мы рыбачили, речка делала небольшой поворот. Вот за тем поворотом и росла малина. Я не спеша собирал ягоду и думал, когда же мы поедем в больницу, чтобы поговорить с отшельником. Как вдруг увидел, на берегу что-то блеснуло. Я подошел ближе это оказался тот самый шампур, который мы с Серегой оставили на столе в ночь, когда караулили вора. Я огляделся по сторонам, а вдруг здесь и жил этот отшельник. Но ничего больше не найдя, отправился к месту рыбалки, надо было показать им находку.
- Смотрите, что я нашел,- издалека крикнул я.
- Ну и что там у тебя,- спросил Серега, подходя ко мне.
- Вот, смотри. Узнаешь?
-Оба, это же наш шампур.
-Тот самый, что мы оставили в саду.
- Ну, шампур и что тут такого?- удивился режиссер, подойдя к нам.- Может кто-то отдыхал на речке и оставил.
- Этот шампур мы с Серегой оставили на столе в ту ночь, когда караулили вора. И он его унес с собой. Значит, он был здесь у речки,- стал объяснять я.
- Так, и где ты его нашел?- спросил Сашок.
- У речки там, где малиновые заросли.
- А больше ты там ничего не увидел?
- Ну, я особо не смотрел. Я сразу к вам побежал.
- Так, ладно, чай уже готов. Давай малину. Сейчас перекусим и сходим, посмотрим, что там,- скомандовал он. Мы выпили чаю с малиной и бутербродами, которые нам собрал отец Сереги. Затушили костер и пошли к малиновым зарослям. Я показал место, где нашел шампур. Серега с Владимиром Ивановичем стали осматривать берег, а Сашок стоял и внимательно изучал заросли на берегу.
- Ты чего стоишь, не ищешь ничего,- спросил я его.
- Да нет, я ищу. Ищу удобное место для лежки.
- Для чего?
- Место, откуда можно наблюдать и быть не замеченным.
- Мы, что на войне, что ли?- сострил я.
- Да нет, не на войне. Но любой военный разведчик или настоящий охотник, обязательно бы выбрали себе такое место.- И он отправился чуть в сторону от зарослей к большому старому дереву. Я двинулся за ним. Когда мы подошли к дереву, Сашок сначала обошел его вокруг, а затем посмотрел наверх.
-Ну, вот оно это самое место. Смотри.
Я поднял голову и ничего не увидел. А Сашок уже лез на это дерево. Там, на верху, ствол дерева расходился надвое, и как будто кто-то устроил в этом месте большое гнездо. Туда и полез Сашок.
- Вот оно, место обитания вашего отшельника,- и он скинул несколько вещей сверху: бутылку пластиковую, ложку и старую ржавую кастрюлю. Затем спустился сам. К нам уже подходили режиссер и Серега.
- Ого, как это ты его нашел?- удивился Сергей.
- Когда я служил в развед роте, нас учили выбирать позиции для наблюдения, и в том числе делать их на деревьях. Видно не простой ваш отшельник, раз сумел такое соорудить.
- Ты имеешь в виду, что тот человек, что сейчас лежит в больнице имеет какое-то отношение к разведке?- уточнил режиссер.
- Я ничего не утверждаю, но он знает, как это делается.
- Ну, вот и хорошо. Завтра с утра мы навестим вашего отшельника. Договорились?- обратился он к нам. Ну а нам что, нам только того и надо.
- Конечно, - в один голос согласились мы.
На этом наша рыбалка не закончилась. Мы еще долго сидели у речки с удочками, а заодно и обговорили нашу поездку в больницу. Нам надо было еще сообщить следователю, что встреча отшельника с киношниками состоится. Потому что, он нас об этом убедительно попросил.
Утром в воскресенье мы отправились в город, навестить нашего больного. Сашок взял с собой небольшую камеру, которую он всегда возил с собой в машине. Как он говорил, это мое «оружие», и оно всегда должно быть со мной. Не знаешь, где и как оно «выстрелит». Пока мы доехали было уже полдень, и нам пришлось еще ждать следователя, потому что без него охрана нас не пустила в палату. Больной гостям не удивился, ведь мы предупреждали его, что привезем киношников. Я на правах старого знакомого познакомил всю нашу разношерстную компанию. Разговор начал следователь.
- Я хочу предупредить вас,- обратился он к режиссеру,- что ни какого кино не будет, пока вы не покажете мне весь отснятый материал. Только если мы сочтем, что вы не показали ни чего лишнего, мы разрешим, показать ваш материал на телевидении. Вы понимаете, что человек находится под следствием?
- Да, конечно. Но еще рано говорить о сюжете. Сначала мы должны поговорить с человеком, а потом уже редакция будет решать, снимать этот сюжет или нет. Вы, понимаете, что никаких гарантий мы не можем дать, не обсудив все в редакции.
- Хорошо. Я посижу в сторонке, а вы пообщайтесь с товарищем,- милостиво согласился следователь. Отшельник все это время молчал и нервно теребил край одеяла. Мы с Серегой уселись на диван под окном и приготовились наблюдать и слушать. Ведь это так интересно, наблюдать, как зарождается кино.
- Итак, уважаемый,- обратился режиссер к больному,- давайте знакомиться. Меня зовут Владимир Иванович, я работаю на местном телевидении. Вот от этих молодых людей мы узнали о вашем существовании.- Он повернул голову в нашу сторону. – А так же о вашем курьезном положении. Это правда, что вы ни чего не помните?
- Да, о своем прошлом я ни чего не помню. Но, то время, что я прожил в лесу, я помню хорошо.
- А как вы попали в этот лес, вы помните?
Отшельник задумался. Пауза затянулась на несколько минут. Видно, он действительно хотел вспомнить, как он попал в этот лес. Сашок все это время работал с камерой. Он снимал всех в палате и особенно нашего отшельника и его реакцию на вопросы. После долгой паузы больной сказал:
- Помню, поезд. Я ехал в вагоне. Нет, наверно это была электричка… На улице темно. В вагоне я и компания молодых парней. Они сидели сзади и о чем-то громко разговаривали. У меня сильно болит голова… Мне нужно принять таблетку, я открыл сумку… И все. Очнулся утром в лесу. Ни сумки, ни документов, ни денег и я, ни чего не помню. Только смутное тревожное состояние и четкая уверенность, что меня ни кто не должен видеть. Что я должен прятаться от людей и выжить.
- Но, извините, почему вы думали, что вас, ни кто не должен видеть? Вы чего боялись?
- Нет, я ни чего, ни когда не боялся,- обиженно сказал наш отшельник.
- Тогда откуда эта уверенность, что вас не должны видеть, почему.
- Не знаю. Просто я знал. Что я должен прятаться в лесу и не показываться людям.
- Хорошо. Тогда, почему вы по ночам стали выходить в поселок?
- Я не сразу вышел. Я двое суток пробыл в лесу один.
- А где вы жили? Где спали? Чем питались?
- Первое время ягодами и травами. Потом, когда в деревне нашел удочку, стал ловить рыбу. Собирал грибы. А жил я на дереве у реки. Оттуда вся река, как на ладони и сразу видно, если приходили рыбаки. И пацанов я на реке первый раз увидел,- он посмотрел в нашу сторону.
- Так это точно, ваш дом Сашок нашел на дереве?- не выдержал я.
- Вы нашли мое логово? Интересно. Значит, я потерял сноровку,- опечалился больной.
- Какую сноровку? Вы умели это делать раньше? Где, когда?- продолжал сыпать вопросами режиссер.
- Не знаю где и когда, но просто умею. Это, как-то само собой получалось.
- А вы что, рыбу сырой ели?- с испугом спросил Серега.
- Ну, почему сырой. Я поздней ночью разводил костер и варил себе уху или жарил рыбу с грибами.
- Но ведь у вас не было спичек? Как вы разжигали костер?- не унимался Серега.
- Ну, способов много. Можно камень об камень и будет искра. А можно палку об палку тереть, тоже будет огонь.
- А это вы откуда знаете, вы, наверное, много читали?- снова спросил режиссер.
- Не знаю. Может и читал, я ведь не помню. Просто знаю, как это делать и все.
- Ну, хорошо. А почему, вы все-таки вышли из лесу в ту ночь. Ведь вы знали, что ребята вас караулят?
- У меня снова начала болеть голова. И я подумал, что если я умру в этом лесу. Да, и к тем порам, я уже понял, что мне ничего не угрожает. Ведь даже милиция меня не искала. Хотя я старался брать только те вещи, которые не особо были нужны хозяевам. Я же не вор, мне просто надо было выжить в лесу.
- Откуда вам известно, что вы не вор? Вы же ничего не помните?- вмешался в разговор следователь.
- Может, я ни чего не помню, но точно уверен, что ни чего противозаконного я в жизни не делал,- уверено заявил больной. Тут в палату вошел врач и категорично сказал:
-Все. Беседа окончена. Больному требуется отдых. Прошу всех на выход.
Мы попрощались с нашим отшельником. Когда мы вышли из палаты, следователь задержался с охранником. А мы отошли в сторонку и Сашок хотел собрать камеру. Но режиссер сказал:
- Не торопись Саня. Нам надо еще поговорить с врачом. Подождем.
Мы ждали минут двадцать, когда, наконец, врач вышел из палаты. Владимир Иванович подошел к нему, и они еще минут пять о чем-то тихо разговаривали. Режиссер махнул рукой Сашку и они удалились в кабинет врача. А мы с Серегой остались их дожидаться в коридоре больницы.
- Как ты думаешь, о чем они там сейчас говорят?
- Ну, уж точно не о нас с тобой, - усмехнулся Серега.- Наверное, обсуждают болезнь нашего отшельника. О чем еще можно говорить с доктором.
-А мне, показалось, что он совсем здоров.
- Как человек может быть здоров, если он ни чего не помнит?
- Нет. Я хотел сказать, что воспаления у него уже прошло.
- Ну, это-то наши врачи могут вылечить не глупые, а как человеку память вернуть? Этого наша наука еще не знает.
- А вот я читал в одной книжке, чтобы вернуть память, надо человека вернуть в его прошлую жизнь. Ну, то есть в те места, где он раньше жил.
- Интересно, как его туда вернуть, если он об этом ничего не помнит, а мы ничего не знаем.
- А вот сейчас его покажут по телевизору, кто-нибудь его вспомнит. Тогда и узнаем, кто он и где раньше жил.
- А если он не местный и никто его не узнает? Что тогда?
- Не знаю. Будем решать проблемы, по мере их поступления, как говорит мой отец.
В конце коридора показались Сашок с режиссером. Они шли и о чем-то оживлено переговаривались. Мы направились за ними к машине. Когда машина тронулась с места, я не выдержал:
- О чем вы разговаривали с врачом? Что он вам сказал?
- Интересный экземпляр этот ваш отшельник,- сказал режиссер.
- Он, оказывается, поучаствовал в боевых действиях,- продолжил Сашок.
-А как вы это узнали, он ведь не помнит?
- Врач сказал, что у него множественные пулевые раны и контузия,- ответил режиссер.
- И что это означает? Может он в бандитских разборках участвовал?
- Да нет, ребятки, такие раны только на войне получить можно. Или он участвовал во всех бандитских перестрелка, какие только есть. Столько ран, от бандитов не получишь, здесь другим попахивает.
Через несколько дней Сашок с режиссером и девушкой, которая была тележурналистом, еще раз приехали в больницу к нашему отшельнику. Они, все-таки, сняли про него сюжет и показали его на местном телевидении. Мы всей семьей смотрели эту новостную передачу, где показывали сюжет, под названием «Потерянный». Потом весь поселок обсуждал эту передачу и ждал отзывы. Кстати, отзыв не заставил себя ждать. Буквально, через день на телевидение позвонил мужчина и сказал, что он знает этого человека. Группа с телевидения и наш следователь поехали в город к этому человеку. Он был бывшим военным. И, как оказалось, он служил вместе с нашим отшельником. Вскоре, на телевидении вышел уже не просто сюжет в новостях, а целая программа, посвященная нашему отшельнику. Показали не только его и его сослуживца, но и его семью. В Подмосковье его ждали жена и двое детей. Они считали его пропавшим без вести, так им сообщили в части, где он служил. Сам же он так и не вспомнил свою службу, а вот детей и жену узнал. Как, объяснили врачи, его память заблокировала плохие моменты его жизни. А его друг и сослуживец сообщил, что он прикрывал отход основной группы и попал под обстрел. Его сочли погибшим, но тело не нашли, поэтому объявили без вести пропавшим. Сам он говорит, что очнулся только в больнице, ничего не помнил и не мог назвать своего имени, а когда его выписали, поехал в Москву. Вот такая получилась передача. Мы, конечно, были рады что наш отшельник нашел свою семью. Вернее, его семья нашла его, после передачи.
Прошел месяц. Мы с Серегой сидели у него в сарае. Серегин отец позвал нас в дом.
- Эй, сыщики, где вы там? Выходите. К вам тут гости.
Мы вышли и пошли в дом. Серега зашел первым, а я чуть не сбил его, потому что он остановился в дверях, как вкопанный.
- Чего остолбенел? Привидение увидел?- толкнул его я.
- Да, нет. Я вполне живой, за привидение не сойду,- услышал я знакомый голос из-за Серегиной спины.- Ну, что, давайте здороваться спасители мои.
Мы вошли в комнату, где за столом сидел солидный мужчина в военной форме и орденах, и не сразу признали в нем нашего отшельника. Он, улыбаясь, встал нам навстречу.
- Здорово, что-ли, друзья. По-другому я теперь вас назвать и не могу. Надеюсь, что мы будем дружить.
- Да, пожалуй,- заикаясь, сказал Серега.- Только, неплохо было бы узнать все-таки ваше имя.
-Это ты прав. Тем более, что я сам его недавно узнал. Андрей Петрович Симаков, капитан в отставке.- Он протянул руку, и мы по очереди ее пожали.
- Ну, а теперь, ваши имена мои друзья.
- Сергей Давыдов.
- Андрей Молодцов.
- Ну, вот и познакомились,- обнимая нас, сказал наш отшельник.