9 марта 1953 года состоялись похороны Председателя Совета Министров СССР и Секретаря ЦК КПСС Иосифа Виссарионовича Сталина. В ходе траурных мероприятий, в районе Трубной площади возникла людская давка, в которой по неофициальным данным погибло несколько тысяч человек.
5 марта у себя на даче в Кунцеве умер вождь советского народа и мирового пролетариата Иосиф Сталин. На четыре дня в Советском Союзе был объявлен всенародный государственный траур. Три дня подряд живая многокилометровая человеческая река, извиваясь по улицам Москвы, направлялась к Пушкинской улице (ныне Большая Дмитровка) и по ней к Колонному залу Дома союзов, где на возвышении, весь в цветах, был установлен гроб с телом.
Настроение у советских людей в эти дни было подавленным. У многих отмечались сердечные приступы, недомогания, истощение нервной системы. Рост смертности среди населения заметно увеличился, хотя его никто толком не фиксировал.
Все стремились попасть в Колонный зал Дома союзов, чтобы хоть одним глазком посмотреть на человека, который уже при жизни стал памятником. Город как будто обезлюдел. И если на Пушкинской улице и в близлежащих переулках еще удавалось поддерживать порядок, то в более отдаленных местах из-за многотысячного скопления людей образовывалась давка. Она усиливалась тем, что оцепление просто не давало толпе разойтись. Люди не могли вырваться на свободу из удушливого столпотворения — всюду стояли войска и грузовики.
Официальной информации о том, где и как перекрыты московские улицы не было никакой. А согласно слухам, на Пушкинскую улицу можно было пройти со стороны Трубной площади. Вот туда и направился основной людской поток, который создал жуткую давку. При этом, даже до самой площади удалось добраться не всем — многие погибли далеко на подступах.
По свидетельствам очевидцев, все раздавленные тела складывали на грузовики и вывозили за город, где всех закапывали в одну общую могилу. Среди раздавленных были такие, которые приходили в себя, просили помощи. Их можно было еще спасти. Но «скорая помощь» практически не работала — в те траурные дни по центральным улицам запрещалось ездить. Раненые никого не интересовали, их просто оставляли умирать.
О том, сколько именно в тот день погибло людей точных данных нет — официально число погибших просто никто не фиксировал. Неофициальных подсчетов по горячим следам тоже никто не вел — об этом в то время запрещалось даже говорить. Лишь спустя годы стали появляться свидетельства участников тех событий, однако долгое время никто не пытался систематизировать эти воспоминания. Однако даже по самым «оптимистическим» предположениям в тот день в Москве погибло несколько тысяч человек.